Пушкин с юности любил эпатировать публику. В Лицее он, например, мог неожиданно снять парик и помахать им, как веером. Выразительный ноготь на мизинце вполне вписывался в этот ряд — как дерзкая, запоминающаяся деталь, работающая на создание уникального образа.
Возможно, разгадка прозаичнее. В XVIII–XIX веках среди аристократов распространилась практика отращивания ногтя именно на мизинце левой — менее задействованной — руки. Острый, крепкий ноготь заменял собой канцелярский нож и был идеальным инструментом для распечатывания писем, что для Пушкина-эпистолярия было ежедневной необходимостью.
