Зачем в 1575 году Иван Грозный отрёкся от престола в пользу «татарина»
Саин-Булат, будущий Симеон Бекбулатович, появился на русской службе в середине XVI века. Он был сыном ногайского султана Бек-Булата и правнуком Ахмат-хана — того самого, чьи орды в 1480 году стояли на Угре. Род Чингизидов, некогда владевший огромной частью Евразии, к тому времени уже потерял былую силу, но в Москве к потомкам великого завоевателя относились с особым почтением. Чингисиды считались лицами царского достоинства — выше большинства русских княжеских родов, кроме правящей ветви Рюриковичей. В конце 1560-х годов Иван IV назначил молодого Саин-Булата ханом в Касимове — небольшом вассальном владении на Оке, где московские государи традиционно сажали лояльных татарских царевичей. Касимовское царство сохраняло особый статус даже после ликвидации других уделов.
Саин-Булат участвовал в Ливонских походах, водил касимовские отряды. В 1573 году по прямому настоянию Ивана Васильевича он принял крещение в селе Кушалино под Тверью и получил имя Симеон Бекбулатович. Вскоре царь устроил ему брак с княгиней Анастасией Ивановной Мстиславской — дочерью одного из знатнейших бояр, внучкой Петра Ибрагимовича и правнучкой Евдокии, младшей сестры Василия III. Этот союз связал Чингисида с потомками Софии Палеолог и московской династии. У супругов родилось шестеро детей, но судьба их оказалась печальной: большинство не дожило до зрелых лет.
Неожиданное отречение
Осенью 1575 года, в октябре, Москва стала свидетелем события, которое удивило даже привыкших ко многому современников. Иван Грозный внезапно отрёкся от престола. В Успенском соборе Кремля он сам венчал Симеона Бекбулатовича «царским венцом». Новый правитель получил титул великого князя всея Руси. Иван же назвался «Иванцом Московским», переехал из Кремля на Петровку и стал жить как простой боярин — ездил в простых санях, без царской пышности. От его имени издавались указы, он председательствовал в Боярской думе, а Симеон получал челобитные. Сохранилось послание Ивана к Симеону, где царь уничижительно пишет: «Государю великому князю Семиону Бекбулатовичю всеа Русии Иванец Васильев с своими детишками, с Ыванцом да с Федорцом, челом бьют». В нём Иван просит разрешения «перебрать людишек» — разделить царство на две части, как это было при опричнине.
Симеон правил одиннадцать месяцев. Известны жалованные грамоты, выданные от его имени. Он жил в Кремле с полным царским двором, участвовал в посольских приёмах. Формально страна была разделена: основная территория под Симеоном, а Ивану остался его «удел». Но реальная власть, как признают все историки, оставалась в руках Грозного.
«Иванец Московский» и номинальный правитель
Современники отмечали странность происходящего. Английский посол Джайлс Флетчер позже писал, что Иван заставил нового государя отобрать все жалованные грамоты у епископств и монастырей, а потом, якобы недовольный таким «дурным правлением», вернул скипетр и сам раздал новые грамоты, удержав часть земель в казне. Исаак Масса и другие иностранцы тоже описывали этот эпизод, подчёркивая его театральность. В русских летописях — например, в Пискарёвском — упоминается, что Симеон был «посажен царём на Москве» и венчан венцом. Никоновская летопись и другие источники подтверждают дату и обряд.
В августе или начале сентября 1576 года Иван вернулся на престол. Симеона он пожаловал великим княжеством Тверским с полным удельным правом суда и расправы. Титул великого князя Тверского Симеон носил до 1585 года. Никакой опалы не последовало — напротив, Грозный продолжал благоволить к своему ставленнику.
Почему? Версии современников и историков
Причины отречения в русских источниках прямо не названы. «По невыясненным причинам», — лаконично отмечают летописи. Иностранные наблюдатели и позднейшие историки предлагали несколько объяснений. Одно из самых убедительных связано с желанием Ивана возродить опричные порядки, не возрождая сам институт, который уже вызывал всеобщее раздражение. Послание к Симеону, по мнению Дмитрия Лихачёва, выдержано в пародийном духе и служит прямым указанием на эту цель: фиктивное отречение позволяло «перебрать людишек» и конфисковать земли без формального нарушения законности.
Английский посол Флетчер прямо связывал события с секуляризацией церковных владений. Симеон, как крещёный Чингисид, мог совершить действия, которые для православного царя выглядели бы слишком вызывающе. После возвращения Ивана часть отобранных земель осталась в казне.
Другая версия — политический манёвр в условиях внутреннего кризиса. После отмены опричнины в 1572 году страна переживала последствия Ливонской войны, разорения, недовольства бояр. Некоторые исследователи, в частности Дональд Островский, предполагают, что выбор пал именно на Симеона как представителя рода Чингизидов: в глазах современников Чингисид имел особый авторитет. Возможно, существовали слухи о боярском заговоре с целью пригласить на престол крымского хана Девлет-Гирея — тоже Чингисида. Посадив своего Чингисида, Иван снимал напряжение и демонстрировал, что законный потомок завоевателей уже на московском троне.
Не исключена и мистическая подоплёка. Некоторые летописи и поздние свидетельства упоминают предсказания астрологов или новгородских волхвов о том, что в 7084 году от сотворения мира (1575/1576) московский царь погибнет. Посадив Симеона, Иван якобы обманул судьбу.
Историки XIX–XX веков — от Карамзина до Соловьёва и Платонова — видели в этом эпизоде либо очередную «причуду» Грозного, либо проявление его подозрительности. Современные исследователи, такие как Руслан Скрынников, подчёркивают прагматический расчёт: Иван использовал Симеона как ширму для жёстких мер, сохраняя видимость законности.
Возвращение к власти и последние годы Симеона
Вернувшись на престол, Иван не тронул Симеона. Тот правил в Твери как удельный князь — с правом суда и своими отрядами. После смерти Грозного и Фёдора Ивановича, в 1598 году, при избрании Бориса Годунова бояре давали присягу, что не будут «искать» престола для Симеона Бекбулатовича. Годунов видел в нём потенциального соперника. Симеона лишили тверского удела, а позже, по некоторым сведениям, ослепили и сослали в Кирилло-Белозерский монастырь. В 1606 году он уже упоминается как инок Стефан. Умер Симеон 5 января 1616 года в Москве и был похоронен в Симоновом монастыре.
Его жена Анастасия постриглась под именем Александры и скончалась в 1607 году. Дети, по-видимому, не оставили потомства, во всяком случае, прямых наследников по мужской линии источники не фиксируют.
