Альберт-Виктор Вейник: что случилось с советским ученым, который научился управлять временем
В истории советской науки было немало фигур, чьи идеи выходили далеко за рамки дозволенного. Но Альберт-Виктор Вейник стоит в этом ряду особняком. Член-корреспондент Академии наук Белорусской ССР, доктор технических наук, профессор — человек с безупречным послужным списком — в одночасье превратился в научного изгоя. Всё потому, что он заявил: время — это не абстрактная категория, а физическая субстанция, состоящая из мельчайших частиц, и ею можно управлять. За это его труды изымали из библиотек, коллеги отворачивались, а церковь объявила еретиком. И финал его жизни оказался столь же загадочным, сколь и его теории.
От литейщика до академика
Альберт-Виктор Иозефович Вейник родился 3 октября 1919 года в Ташкенте. Интересно, что в свидетельстве о рождении он был записан как Виктор-Альберт, но из двух имён впоследствии прижилось именно второе. В конце 1930-х годов он перебрался в Москву, где поступил в авиационный технологический институт. В 1944 году, после окончания МАТИ, остался там работать и поступил в аспирантуру.
Дальнейшая карьера молодого учёного развивалась стремительно. Он защитил кандидатскую, преподавал в родном институте, а затем получил докторскую степень за работу «Тепловые основы теории литья». В 1953 году ему присвоили звание доктора технических наук, а в 1955-м — профессора. Год спустя Вейника избрали членом-корреспондентом Академии наук Белорусской ССР, и он переехал в Минск, где возглавил лаборатории атомной энергетики и промышленной теплофизики Института энергетики АН БССР. В 1960-х годах он заведовал лабораторией Физико-технического института АН БССР, а в 1990-х стал главным научным сотрудником того же института.
Казалось бы, перед нами классическая биография успешного советского учёного. Но за внешним благополучием скрывалось нечто, что вскоре перевернуло его жизнь и репутацию.
Хрононы, хронал и пластины из металла
Изучая технологию работы с металлами и литейные процессы, Вейник пришёл к выводу, который навсегда изменил его научную судьбу. Он понял, что ключевую роль в этих процессах играет не только температура, но и время. Но Вейник пошёл дальше: он заявил, что время — это не абстрактная философская категория, а вполне реальная физическая субстанция. По его мнению, существование времени обусловлено движением гипотетических частиц, которые он назвал хрононами. Совокупность этих частиц образует «хрональное поле», а его плотность учёный обозначил термином хронал.
Вейник был убеждён: там, где хронала много, процессы протекают быстрее, и наоборот. Более того, он считал, что плотность хронального поля можно изменять искусственно. Чтобы доказать это на практике, учёный сконструировал «генератор хронального поля» — устройство, которое выглядело до смешного просто. Это были металлические пластины, установленные под определённым углом друг к другу. В центр этой конструкции Вейник помещал часы — механические и электронные. И, по его утверждениям, в зависимости от угла наклона пластин, ход часов то замедлялся, то ускорялся.
На основе своих теорий Вейник предрекал создание «хронального двигателя», который преобразует хронал в давление, и — самое главное — настоящей машины времени. В своих трудах он писал: «Мы можем использовать время в хрональном двигателе... а также создавать «машины времени». Например, мы можем направить реальную систему в её прошлое или будущее, искусственно повысив или понизив её хронал».
Научный остракизм и изъятый учебник
Реакция научного сообщества не заставила себя ждать. Теории Вейника противоречили многим уже установленным законам физики. Коллеги восприняли его идеи в штыки, объявив их лженаучными. Но самым болезненным ударом стало изъятие его учебника «Термодинамика» из библиотек всех высших учебных заведений СССР в 1974 году. Приказ подписал лично Министр высшего и среднего специального образования. Для учёного, посвятившего жизнь науке и преподаванию, это было равносильно приговору.
Однако Вейник не остановился. В 1992 году он принял православие и предпринял попытку, которая окончательно превратила его из научного диссидента в фигуру, отвергнутую и церковью. В своей книге «Почему я верю в Бога» он попытался объединить «хрональную» физику с богословием. Он трактовал Бога как источник «хронального поля», а душу — как структуру из «хрононов». Этот синтез был решительно отвергнут церковными иерархами. Богословы указывали, что его построения ближе к оккультизму, чем к православному вероучению, поскольку он пытался материализовать духовные понятия.
Вейник оказался еретиком вдвойне — и для науки, и для религии.
Смерть под колёсами и спорное наследие
24 ноября 1996 года жизнь 79-летнего учёного оборвалась трагично и странно. Его сбила машина на одной из улиц Минска. Смерть человека, который верил, что сознание после смерти продолжает существовать в «тонком мире», выглядит почти символичной. Был ли это несчастный случай или нечто большее — сегодня сказать невозможно. Вейника отпели и похоронили по православному обряду.
Сегодня наследие Альберта-Виктора Вейника остаётся на обочине официальной науки. Его теории по-прежнему считаются несостоятельными. Но его фигура остаётся символичной. Вейник — это напоминание о вечном стремлении человека выйти за рамки дозволенного, соединить несоединимое и найти единый ключ к тайнам материи, времени и духа.
Был ли он гением, опередившим время, или же заблуждавшимся учёным, увлечённым собственной идеей? Ответа на этот вопрос нет. Но в одном можно быть уверенным: Альберт-Виктор Вейник — одна из самых неоднозначных и загадочных фигур в истории советской науки. Человек, который осмелился бросить вызов времени и заплатил за это сполна
