Александр Ульянов: каким было последнее желание брата Ленина, выполненное перед казнью
Кто такой Александр Ульянов
Старший брат Владимира Ленина родился в 1866 году в Симбирске, в семье инспектора народных училищ Ильи Николаевича Ульянова. Он блестяще учился, окончил Симбирскую гимназию с золотой медалью, поступил в Петербургский университет. На естественном отделении физико-математического факультета он был удостоен золотой медали с надписью «Достойнейшему» . Ему прочили научную карьеру. Вместо этого он стал одним из организаторов террористической фракции «Народной воли» и готовил покушение на Александра III.
Покушение не удалось. 1 марта 1887 года, в годовщину убийства Александра II, заговорщиков арестовали. Суд приговорил Александра и ещё четверых к смертной казни через повешение. Мать, Мария Александровна, уже потерявшая мужа, умоляла сына подать прошение о помиловании. Он отказывался.
Почему он не хотел просить о помиловании
Логика Ульянова была логикой дуэлянта. Прокурор Князев, присутствовавший на одном из свиданий, вспоминал его слова: «Представьте, что вы деретесь на дуэли. Вы выстрелили и промахнулись. Возможно ли после этого обратиться к своему противнику и просить прощения?» . Он шёл убивать царя и понимал, что за это его могут убить. Просить пощады у того, на кого он покушался, казалось ему неискренним и унизительным.
Под давлением матери он всё же написал прошение. Текст сохранился. В нём нет ни раскаяния, ни признания вины. Есть только одна причина: «У меня есть мать, здоровье которой сильно пошатнулось в последние дни…» . Прошение не было передано царю — оно было составлено «не по форме». Александр III, вероятно, так и не узнал о его существовании.
Книга, которую он попросил
На свидании после суда мать спросила, есть ли у него какое-нибудь желание. Он ответил, что хотел бы почитать Гейне . Мария Александровна растерялась: где достать книгу? Тогда присутствовавший при свидании товарищ прокурора Леонид Князев взялся достать её сам.
Князев был молодым человеком, только что окончившим училище правоведения. Он должен был следить за содержанием заключённых, но знакомство с Ульяновым произвело на него сильное впечатление. Он увидел не «мрачного злодея», а спокойного, интеллигентного юношу, который располагал к себе с первых минут общения . Именно Князев передал в камеру томик Гейне. По другим свидетельствам, книгу принесла сама Мария Александровна .
Почему именно Гейне
Ответ лежит в гимназических годах Александра и его старшей сестры Анны. Их отец, Илья Николаевич, выписал из Петербурга сочинения Дмитрия Писарева — публициста-шестидесятника, пользовавшегося огромной популярностью у молодёжи. Именно под влиянием Писарева Анна и Александр увлеклись Гейне. Писарев особенно выделял немецкого поэта, а Чернышевский называл его «одним из серьёзнейших и благороднейших поэтов нашего времени» .
Анна переводила Гейне. Александр зачитывался им. Для человека, выросшего на идеалах шестидесятников, Гейне был не просто поэтом, а частью того мира идей, который сформировал его личность. В камере смертника, за несколько недель до казни, он попросил именно эту книгу. Не Евангелие, не философский трактат, не политическую брошюру. Стихи поэта, которого любил с отрочества.
Что это говорит о нём
В советской историографии Александр Ульянов был «героем-революционером», предтечей брата. В постсоветской его часто изображают фанатиком, готовым убивать ради идеи. Обе картины плоские. Человек, который на суде произнёс речь о том, что «среди русского народа всегда найдётся десяток людей, настолько преданных своим идеям… что для них не составляет жертвы умереть за своё дело» , и который при этом просит у матери томик стихов, — это не фанатик и не икона. Это молодой человек, у которого была одна жизнь, и он распорядился ею так, как считал правильным.
Он мог просить о помиловании более настойчиво. Мог написать покаянное письмо, которое удовлетворило бы царя. Он этого не сделал. Но он попросил книгу. И эта просьба, в отличие от прошения, была исполнена.
Что осталось
Александр Ульянов был казнён вместе с четырьмя товарищами: Пахомием Андреюшкиным, Василием Генераловым, Василием Осипановым и Петром Шевырёвым. Казнь была тайной — царь велел не допускать публики, чтобы смерть «героев» не воодушевила молодёжь . Их похоронили в безымянной могиле на территории крепости.
Князев, тот самый прокурор, который передал книгу, дожил до революции. Он оставил воспоминания, в которых описал свидание матери с сыном как «тяжёлую картину», которую не мог забыть спустя сорок лет . Он не стал революционером и не прославился. Он просто выполнил просьбу человека, которого должен был охранять.
Томик Гейне, прочитанный в камере смертника, не сохранился как реликвия. Но сама история о том, что брат Ленина перед казнью попросил стихи, а не пощаду, осталась. В ней больше правды о человеке, чем в любых идеологических портретах.
