Алексей Кузнецов: как Берия, Маленков и Хрущев погубили потенциального преемника Сталина

Его называли «человеком-пружиной» и настоящим хозяином осажденного города. Он получал паек наравне с рядовыми блокадниками и водил пятилетнего сына в окопы — чтобы люди видели: даже дети остаются, значит, город выстоит. Сталин писал ему: «Алексей, родина тебя не забудет». И приложил к письму коробку своих любимых папирос.

Через несколько лет эту коробку чекисты разорвали в клочья — искали то самое письмо. А человека, которому оно было адресовано, расстреляли.

Карьерный взлет

Алексей Кузнецов родился 20 февраля 1905 года в городе Боровичи Новгородской губернии, в семье простого рабочего. Сам он начинал сортировщиком на лесопильном заводе. Но уже в 1920-е годы его заметили в комсомоле, а в начале 1930-х — сам Сергей Киров. Именно Киров привез перспективного партийца в Ленинград.

К 32 годам Кузнецов стал вторым секретарем Ленинградского горкома и обкома — ближайшим помощником Андрея Жданова. Однако этот период его биографии имеет и темную сторону. В 1937 году Кузнецов вошел в состав так называемой «тройки» — внесудебного органа, решавшего судьбы «антисоветских элементов». Газета «Ленинградская правда» писала о кандидате в депутаты Кузнецове: «Непримиримость к врагам — вот главная черта тов. Кузнецова как ленинца-сталинца».

«Родина тебя не забудет»

Когда началась война, Жданова в Ленинграде не было. Все первые решения — эвакуация, создание народного ополчения, строительство оборонительных рубежей — принимались под руководством Кузнецова. Он стал членом военных советов Ленинградского и Волховского фронтов, Балтийского флота, возглавил продовольственную комиссию и комиссию по обороне города.

Но главное — Кузнецов делал то, чего не хватало иным руководителям: он появлялся там, где было страшно. Выезжал на передовую, ходил по траншеям, выступал на заводах прямо во время обстрелов. Жданов, по воспоминаниям современников, психологически не выносил бомбежек и большую часть времени проводил в бункере Смольного. Признавался Сталину: «Наверху работает Кузнецов».

И Сталин обратил на Кузнецова внимание. В сентябре 1941 года вождь отправил ему личное письмо: «Алексей, вся надежда на тебя. Родина тебя не забудет!». И приложил коробку папирос «Герцеговина Флор». Обращение на «ты» было знаком особого расположения.

Сын Кузнецова Валерий вспоминал, что отец возил его с собой повсюду — в форме, сшитой по спецзаказу, в каске. И это был не каприз, а жест: «раз сын главы города остался, значит, блокаду переживем».

В 1943 году Кузнецову присвоили звание генерал-лейтенанта. Он действительно стал народным героем. Профессор Могилевский вспоминал: «Кузнецова я знал хорошо... он был прост в обращении, доступен, неплохой оратор. Его хорошо знали почти во всех ленинградских коллективах и высоко ценили».

Роковое возвышение

После войны карьера Кузнецова пошла в гору. В 1946 году его перевели в Москву секретарем ЦК по кадрам. Он курировал органы безопасности и прокуратуру — сферы, которые раньше подчинялись Берии. Ленинградцы потянулись наверх: за два года они заняли 12 тысяч руководящих постов по всей стране.

В окружении Сталина заговорили о Кузнецове как о возможном преемнике. А для вождя всякий разговор о преемнике был разговором о его собственной смерти.

К тому же у Кузнецова сложились напряженные отношения с Маленковым — он занял его место в Управлении кадров ЦК. А против усиления «ленинградской группировки» выступали Берия, Маленков и Хрущев.

Арест

13 августа 1949 года Кузнецова арестовали прямо в кабинете Маленкова. Началось «Ленинградское дело» — серия процессов против партийных и государственных деятелей, которых обвинили в создании антисоветской группы.

Дело было сфабриковано. Как установило расследование 1954 года, бывший министр госбезопасности Абакумов и его сообщники «избиениями и угрозами добились вымышленных показаний арестованных». В ходе обыска у Кузнецова искали письмо Сталина — и не нашли. Сын рассказывал, что коробку из-под папирос чекисты разорвали в поисках компромата.

Сам Кузнецов подвергался пыткам — по словам его сына, у него был поврежден позвоночник. Приговор Военной коллегии Верховного суда был оглашен в ночь с 30 сентября на 1 октября 1950 года. Шестерых фигурантов приговорили к расстрелу. Алексея Кузнецова казнили в 2 часа 40 минут ночи.

Семейная трагедия

После ареста отца жизнь Валерия Кузнецова превратилась в кошмар. Каждое утро у школы его встречали незнакомые люди и вытряхивали содержимое портфеля — искали письмо Сталина.

Жена Кузнецова Зинаида провела месяцы в наручниках во Владимирской тюрьме, затем была сослана и вернулась лишь в 1954 году. Старшая дочь Алла, вышедшая замуж за сына Микояна, умерла в 29 лет от лейкоза. Судьба Валерия сложилась удачнее: он сделал политическую карьеру и к 2000-м годам стал директором бизнес-клуба.

3 мая 1954 года Президиум ЦК КПСС постановил: дело Кузнецова и других было сфальсифицировано, приговор отменить, осужденных реабилитировать.