25 октября 1854 года. Балаклавская долина. 670 всадников, элита британской армии, на полном скаку двинулись прямо на жерла русских пушек. Через 20 минут всё было кончено: долина усеяна трупами, а Англия получила трагедию, которую до сих пор выдает за подвиг.
Что на самом деле произошло в тот день и как русские войска случайно уничтожили цвет британской аристократии?
Недоразумение с роковыми последствиями
Утро 25 октября началось для русских вполне удачно. Отряд генерала Липранди (16 тысяч человек) атаковал турецкие редуты, прикрывавшие Балаклаву — главную базу англичан в Крыму. Турецкие солдаты, не отличавшиеся высокими боевыми качествами, дрогнули и побежали. Русским в качестве трофеев достались девять английских пушек.
Командующий британскими силами лорд Реглан пришел в ярость. Артиллерийские орудия в те годы были не просто средством ведения боя — это был символ, боевое знамя армии. Отдавать их русским как трофеи? Немыслимо.
Реглан пишет приказ командиру кавалерии лорду Лукану: «Лорд Реглан желает, чтобы кавалерия быстро выдвинулась к линии фронта, преследуя противника, и попыталась воспрепятствовать неприятелю увезти прочь орудия».
Банальная нестыковка. Лукан переспрашивает: «А о каких пушках речь?» Адъютант, капитан Нолэн, машет рукой куда-то вдаль. Прямо туда, где в долине стояли русские батареи. Сам Нолэн погибнет во время атаки, и его жест так и останется загадкой.
«Это не война, это безумие»
Лукан приказывает командиру легкой бригады лорду Кардигану атаковать. Тот пытается возражать: в долине — русские пушки, с флангов — пехота и артиллерия на холмах. Атака — чистое самоубийство.
«Тут нет выбора, кроме как повиноваться», — последовал ответ.
Около 600–670 всадников ринулись вперёд. Трехкилометровая долина простреливалась русскими со всех сторон. Картечь косила ряды. Но британцы прорвались к батареям, порубили артиллеристов. Однако развить успех было нечем — с флангов ударила русская кавалерия, с тыла — свежие силы.
Французский генерал Пьер Боске, наблюдавший за этой картиной, изрек фразу, вошедшую в историю: «Это великолепно, но это не война — это безумие».
Через 20 минут всё закончилось. Долина, где погибли сотни всадников, получила у журналистов имя «Долины смерти».
Цвет нации в одной долине
Легкая кавалерия в британской армии была не просто элитой. В ней служили отпрыски самых родовитых аристократических семей Англии. Это были «материны кудрявые любимчики», как писала тогдашняя пресса, юные лорды и будущие пэры, для которых военная служба была вопросом чести.
За 20 минут они выбыли из строя почти полностью. По данным современных историков: 102 убитых (из них 9 офицеров), 129 раненых (11 офицеров), 58 пленных, 362 лошади потеряны. Треть погибших — титулованная знать.
Англия не знала такого одномоментного уничтожения элиты со времен войны Алой и Белой розы.
Как позор превратили в подвиг
Логика подсказывала: виновных нужно судить. Лорд Реглан отдал преступно размытый приказ. Лорд Лукан не уточнил. Лорд Кардиган повел людей на верную смерть. Но судить некого, если армия — это и есть эти самые лорды.
Тогда сработал механизм, который позже назовут «пиаром». Британская пресса — та самая, которая только что писала о бойне, — вдруг запела о невероятной доблести, о «долге, который превыше жизни».
Через месяц лорд Теннисон публикует стихотворение «Атака легкой бригады». Строки «В атаку, в атаку, в адскую долину смело, лети, легкая бригада» разлетелись по всей Англии.
И современник, и потомок уже не помнит, что британское командование совершило военное преступление против собственных солдат. Он помнит только: они были героями.
Русский взгляд: уважение к храброму врагу
Наши солдаты, наблюдавшие за атакой, поначалу не верили своим глазам. «Неужели эта горстка людей собралась атаковать целую армию?» — писал корреспондент «Таймс» Уильям Рассел.
Когда же пыль улеглась, русские офицеры произнесли слова, которые многое говорят о характере той войны: «Трудно оценить по заслугам подвиг сей безумной кавалерии».
В них не было злорадства. Было уважение к храбрости, пусть и направленной на верную смерть. Такое редко встретишь в сегодняшних войнах.
Эпилог
Балаклавское сражение не стало переломным в Крымской кампании. Но «Атака легкой бригады» навсегда вошла в мировую историю. Для англичан — как символ воинской доблести. Для русских — как свидетельство того, что происходит, когда гордость и некомпетентность командиров важнее солдатских жизней.
Пушки, ради которых всё затевалось, русские всё равно увезли. А долина под Балаклавой навсегда осталась «Долиной смерти» — для британской аристократии, которая в один день лишилась своего цвета.
