Белый китель и красный кант: какую форму советской милиции до сих пор считают самой красивой
Советский милиционер за семьдесят лет сменил кожу несколько раз. Начинал с нарукавной повязки, заканчивал в серо-голубом кителе с галстуком. Между этими точками — полдюжины реформ, и у каждой был свой характер: одна делала из милиционера солдата, другая — чиновника, третья — человека, которому не стыдно отдать честь. Спор о том, какой из этих комплектов был лучшим, идёт давно, и, что интересно, у него есть довольно устойчивый ответ.
Повязка вместо мундира
Начиналось всё без мундира вовсе. Постановление НКВД «О рабочей милиции» 10 ноября 1917 года создало не орган, а скорее идею: вооружённые рабочие по очереди несут службу и возвращаются к станку. Такому человеку форма не полагалась и была не нужна — хватало красной повязки с надписью и нагрудного знака. В Гражданскую носили что придётся: солдатские шинели, кожанки, гражданские пальто. Первые попытки хоть как-то унифицировать внешний вид шли на уровне губерний и выглядели кто во что горазд.
Единая форма появилась в 1923 году, когда милиция окончательно стала постоянной службой. По покрою это была армейская одежда — шинель, гимнастёрка, фуражка, — но тёмно-синего цвета, чтобы на улице милиционера не путали с красноармейцем. С этого момента синий станет цветом милиции на полвека, а споры о красоте начнутся всерьёз.
Тридцатые: синий с красным
Поворотный момент — 1936 год. Постановление ЦИК и СНК ввело для начальствующего состава милиции специальные звания: от сержанта милиции до главного директора милиции, с собственной системой знаков в петлицах. Вместе со званиями пришла форма, которая впервые выглядела не как переделанная армейская, а как своя. Тёмно-синий китель и бриджи, красный кант по швам и по верху фуражки, петлицы с эмалевыми знаками, ремень с портупеей. Служба получила лицо, и это лицо было строгим.
Тогда же возник элемент, который и сделает милицейскую форму знаменитой. Регулировщики уличного движения — сначала ОРУД, с 1936 года и ГАИ — летом выходили на перекрёстки в белых кителях с белыми перчатками. Белый цвет был чисто утилитарным: человека на перекрёстке должно быть видно издалека. Но утилитарное решение обернулось самым узнаваемым образом советской милиции. Белый китель на фоне брусчатки, жезл, свисток, выправка — эта картинка кочует по фотографиям и кинохронике от тридцатых до шестидесятых и до сих пор заставляет людей, которые никогда не видели живого орудовца, вздыхать о «той самой» форме.
Погоны: 1943 год
Война изменила милицию так же, как армию. В феврале 1943 года, вслед за введением погон в Красной армии, погоны получила и милиция — по приказу НКВД. Серебряный галун с красными просветами для начальствующего состава, тёмно-синее поле для рядовых. Петлицы ушли, и милиционер, сохранив свой синий цвет, по силуэту сравнялся с офицером. Это был шаг к престижу: погоны в сознании людей значили больше, чем любые петлицы, и милиция, которая всю войну ловила дезертиров, бандитов и мародёров в тылу, получила их заслуженно.
1947 год: та самая
Вот здесь и начинается ответ на вопрос из заголовка. Послевоенная реформа дала форму, которую коллекционеры и сотрудники ведомственных музеев чаще всего называют самой красивой за всю советскую историю, — форму образца 1947 года.
Она сохранила всё лучшее от тридцатых и сороковых и свела это в единый стиль. Тёмно-синий цвет, красные канты, серебряный прибор, погоны. Строгий однобортный китель со стоячим воротником для будней и двубортный парадный вариант. Фуражка с высокой тульёй, в которой читается военное время. И по-прежнему белый летний китель, теперь уже не только для регулировщиков. Форма была тяжёлой, суконной, неудобной летом и плохо греющей зимой, но она выглядела так, как в сорок седьмом году хотела выглядеть победившая страна: торжественно и чуть избыточно.
Именно эту форму носит милиция в фильмах пятидесятых и ранних шестидесятых — от «Улицы полной неожиданностей» 1957 года, где молодой милиционер Леонида Харитонова ходит по Ленинграду в синем кителе, до бессчётной кинохроники с первомайских демонстраций.
Образ закрепился, и когда сегодня говорят «форма советской милиции» без уточнений, чаще всего представляют себе именно её.
Почему она удалась? Синий с красным — сочетание сильное и редкое, в армии его не было, и это делало милиционера отдельной фигурой на улице. Серебро на синем смотрится благороднее золота. И главное, форма сорок седьмого была продумана как единое целое — от канта до пуговицы, — а не собрана из разных реформ, как это бывало до и после.
Шестидесятые: форма теряет имя
Дальше начинается спад. В 1962 году МВД переименовали в Министерство охраны общественного порядка, милицию формально тоже, и форма тех лет несёт на себе отпечаток ведомственной неуверенности: мелкие изменения, упрощения, попытки сделать её удобнее без ясной идеи, какой она должна быть. Белый китель постепенно уходит. Тёмно-синее сукно остаётся, но в конце шестидесятых реформа Щёлокова сменит и его.
Щёлоков: серо-голубая эпоха
Николай Щёлоков, возглавивший министерство в 1966 году, занимался имиджем милиции как никто до него. При нём появились милицейские сериалы, песни, газетные очерки о сыщиках. Новая форма 1969 года была частью той же кампании. Цвет посветлел до серо-синего, появились китель с открытым воротом, рубашка и галстук, отдельная парадная форма. Милиционер перестал быть похожим на солдата и стал похож на служащего — именно этого и хотели: чтобы к нему подходили без опаски.
Эта форма дожила до конца Союза, её помнит больше всего живых людей, и у неё есть свои защитники. Но в разговорах о красоте она проигрывает сорок седьмому почти всегда. Серо-голубой цвет оказался менее выразительным, чем тёмно-синий; открытый ворот и галстук сделали силуэт мягче, но лишили его строгости. Щёлоковская форма была удобнее, современнее и демократичнее. Красивее она не была.
