Безумие в Пон-Сент-Эспри: почему в 1951 году жители французского города сошли с ума
Официальная версия: «проклятый хлеб»
Почти сразу же подозрение пало на хлеб. Расследование установило, что все пострадавшие покупали выпечку в пекарне Роша Бриана . Владельца пекарни арестовали, на его двери местные жители нарисовали крест и грозились расправиться с ним — полиции пришлось вмешаться, чтобы спасти его от самосуда .
Дальнейшее расследование привело к мельнику Морису Майе, который снабжал мукой пекарни в округе . В конце августа 1951 года он признался, что для экономии около 2000 франков добавлял в пшеничную муку испорченную ржаную. Рожь оказалась заражена спорыньёй — паразитическим грибком, вызывающим эрготизм . Симптомы этого заболевания включают галлюцинации, судороги, желудочно-кишечные расстройства и психические нарушения — всё это совпадало с тем, что переживали жители Пон-Сент-Эспри. Токсикологическая лаборатория Марселя в итоге подтвердила эту версию .
Однако не все были убеждены. Профессор Стивен Каплан, автор объёмного исторического исследования о «деле проклятого хлеба», указал на несколько нестыковок: эрготизм не наблюдался во Франции с XVIII века, а симптомы проявлялись у пострадавших спустя 36 часов и более, что не совсем характерно для такого отравления . Кроме того, спорынья могла поразить не один мешок муки в одной пекарне, а куда более обширные партии .
Выдвигались и иные версии: отравление ртутьсодержащим фунгицидом, которым обрабатывали зерно, а также токсинами плесневого гриба Aspergillus fumigatus, который мог развиться в затопленном зернохранилище .
Теория заговора: эксперимент ЦРУ
В 2009 году американский журналист-расследователь Хэнк Альбарелли опубликовал книгу «Ужасная ошибка: убийство Фрэнка Олсона и тайные эксперименты ЦРУ в годы холодной войны». В ней он выдвинул сенсационное утверждение: на самом деле жителей Пон-Сент-Эспри отравили ЛСД в рамках секретной программы ЦРУ по контролю над сознанием .
Альбарелли нашёл документы, в которых упоминается «секрет Пон-Сент-Эспри». По его данным, компания Sandoz, швейцарский производитель ЛСД, в то время тайно поставляла препарат американским военным и спецслужбам. В одной из записей беседы агента ЦРУ с представителем Sandoz тот якобы признался, что причиной отравления был не грибок, а диэтиламид — компонент ЛСД . Двое бывших исследователей, работавших с Фрэнком Олсоном — учёным ЦРУ, который погиб при загадочных обстоятельствах в 1953 году, — рассказали Альбарелли, что в Пон-Сент-Эспри проводилась полевая операция, включавшая распыление ЛСД в воздухе и добавление наркотика в местные продукты .
Научная критика
Однако эта гипотеза была встречена с большим скепсисом. Стивен Каплан, который провёл глубокое исследование событий 1951 года, назвал её «бессвязной и безрассудной». Он указал на три ключевых несоответствия: ЛСД действует в течение нескольких часов, а у пострадавших симптомы проявлялись спустя полтора дня; наркотик не вызывает желудочных расстройств, описанных пострадавшими; а технология распыления аэрозоля в то время была недостаточно развита для такого масштабного эксперимента .
Химик Дерек Лоу, комментируя теорию Альбарелли, заметил, что утверждение о «диэтиламиде» как о некоем особом веществе выдает непонимание химии: это всего лишь химическая группа, часть формулы ЛСД, а не отдельный наркотик. Называть «диэтиламид» секретным веществом — это всё равно что утверждать, будто секрет динамита кроется в «нитро» . Сам Каплан также подверг сомнению логику выбора места: Пон-Сент-Эспри был частично разрушен американской армией в ходе Второй мировой войны, и трудно представить, почему ЦРУ решило бы ставить эксперименты именно там .
Неразгаданная тайна
Что же произошло на самом деле? Скорее всего, отравление спорыньёй остаётся наиболее обоснованной версией: признание мельника, лабораторные подтверждения и совпадение симптомов делают её убедительной . Однако по сей день остаются вопросы: почему симптомы не вписываются в классическую картину эрготизма? Почему масштабы оказались столь локальными?
Теория заговора ЦРУ, несмотря на сенсационность, имеет слишком много логических и научных прорех. Участники событий, дожившие до наших дней, так и не получили окончательного ответа. Как признался один из выживших, почти столетний почтальон Леон Армунье: «Я скорее умру, чем переживу это снова». А другой житель, 71-летний Шарль Гранжон, сказал: «Я едва не отбросил коньки. Мне бы хотелось узнать почему» . Ответа на этот вопрос, увы, до сих пор нет.
