Март 1953 года. Страна еще не успела оплакать «вождя народов», а в кремлевских коридорах уже запахло паленым. Пока миллионы советских людей рыдали у репродукторов, горстка приспешников Сталина лихорадочно искала одну вещь. Маленькую тетрадь в черном переплете. Потому что тот, кто владел ею, владел жизнями всех остальных.
«Русская Семерка» проследила путь главного призрака советской истории — таинственной черной тетради, которая могла переписать всю историю СССР.
Заметки о соратниках
Иосиф Сталин умер 5 марта 1953 года в 21:50. Причина — кровоизлияние в мозг. Но настоящая драма разыгралась не возле тела вождя, а в кабинетах, где сразу зашуршали заговорщические шепотки. За пару часов до кончины вождя его ближайшие соратники уже поделили шкуру неубитого медведя. Образовался «триумвират»: Георгий Маленков встал во главе Совмина, Никита Хрущев возглавил партию, а Лаврентий Берия сосредоточил в своих руках весь силовой кулак — МВД и спецслужбы.
Казалось, все довольны. Но историки утверждают: у соратников была серьезная головная боль. Имя ей — черная тетрадь.
Что именно хранилось в этих таинственных записях? Точного содержания не знает никто. Однако большинство исследователей сходятся во мнении: Сталин вел нечто вроде досье на своих соратников. И досье это было крайне нелестного свойства. Заметки на полях, короткие характеристики, планы кадровых перестановок — возможно, именно там решалась судьба каждого из кремлевских старцев.
Тетрадь смерти
Историк Николай Добрюха, автор книги «Как убивали Сталина», выдвигает версию, от которой у наследников вождя должна была стыть кровь в жилах. Сталин готовился в очередной раз перетасовать колоду. Намечалась новая большая чистка. Под ее каток могли попасть даже члены «старой гвардии» — включая Берию, Хрущева и Маленкова.
Вместо «стариков» вождь якобы собирался выдвинуть в руководство страны новые кадры. Пантелеймон Пономаренко — бывший руководитель всесоюзного партизанского движения, человек с хорошим образованием и блестящими организаторскими способностями. Именно его называли главным кандидатом в преемники.
Разговоры о преемнике начались еще после войны, отмечает историк Юрий Емельянов. И окружение советского лидера реагировало на эти разговоры крайне нервно. Слишком многое стояло на кону. Вокруг тех, на кого Сталин обращал внимание, начинали возникать заговоры и интриги. Первой жертвой пал заместитель главы Совмина Николай Вознесенский. Затем — первый секретарь Ленинградского обкома Алексей Кузнецов. Оба отправились на тот свет в рамках «Ленинградского дела», формальным поводом для которого стала несанкционированная ярмарка по продаже залежавшихся товаров. Но за формальностью стоял страх: Сталин искал новых людей, а старые цеплялись за власть.
Афера Берии
Особенно неблагоприятной складывалась ситуация для Лаврентия Берии. По мнению генерал-полковника и доктора исторических наук Дмитрия Волкогонова, отношение Сталина к своему «грузинскому товарищу» после войны заметно ухудшилось. Берия понимал: в черной тетради ему уготована незавидная судьба.
Именно поэтому Лаврентий Павлович оказался первым, кто вошел в спальню умирающего вождя. Это произошло в ночь с 3 на 4 марта. Сталин еще дышал, но находился в агонии. Историк Валерий Малеванный утверждает: Берия пришел не прощаться. Он пришел забирать. Личные бумаги «хозяина» — и в первую очередь черную тетрадь — исчезли именно тогда.
Спустя несколько месяцев, после ареста самого Берии, компетентные органы очень интересовались судьбой тетради. Сына Берии Серго допрашивали вместе с матерью. Но они ничего не знали. Либо делали вид.
Кто стал хозяином тетради
Если тетрадь забрал Берия — куда она делась потом? Писатель и историк спецслужб Геннадий Соколов предлагает свою версию: тетрадь попала в руки первого председателя КГБ Ивана Серова. Того самого, кто арестовывал Берию по приказу Хрущева.
Записи Серов предусмотрительно оставил себе. И был прав: в тетради наверняка хранились компрометирующие материалы на всех членов «триумвирата», включая самого Никиту Сергеевича. Хрущев вынужден был считаться с главой спецслужб — до тех пор, пока не нашел удобный повод для расправы.
Таким поводом стало предательство полковника ГРУ Олега Пеньковского в 1963 году. Серов был с позором изгнан из органов. Но не уничтожен. Историки полагают, что он «откупился» от дальнейших неприятностей именно черной тетрадью. Передал ее Хрущеву. И тем самым сохранил себе жизнь.
Оставить нельзя уничтожить
Что сделал бы на месте Хрущева любой человек, получивший компромат на самого себя? Ответ очевиден. Никита Сергеевич поспешил уничтожить «опасный актив», считает Геннадий Соколов. Иначе черная тетрадь давно была бы издана. Для современных политиков написанное в ней вряд ли представляет опасность, но для Хрущева и его соратников это была бомба замедленного действия.
Впрочем, есть и те, кто в существование таинственных записей не верит. Журналист и бывший офицер Московского уголовного розыска Андрей Бинев полагает, что никакой единой «черной тетради» не было. Были разрозненные дневниковые записи в нескольких источниках. И все они до сих пор лежат в засекреченных архивах, дожидаясь своего часа.
Тайна без срока давности
Сложно утверждать, какая из версий верна. Слишком много заинтересованных лиц, слишком много желающих замести следы. Но одна деталь заставляет задуматься.
Если тетрадь действительно существовала и действительно содержала планы Сталина по замене старой гвардии — значит, в марте 1953 года произошло не просто естественное угасание больного тирана. Произошел тихий переворот. Люди, которые должны были уйти в отставку или в расход, перехватили инициативу. Они забрали тетрадь, спрятали концы в воду и сделали вид, что все произошедшее — естественный ход вещей.
А потом заговорщики, как это часто бывает, начали убивать друг друга. Берия пал первым. За ним потянулись другие. Тень черной тетради накрыла всю послесталинскую элиту. И до сих пор неизвестно, существовала ли она, и если да, то где находится сейчас? Потому что рукописи, как известно, не горят. А уж такого масштаба — тем более.
