Биография Михаила Горбачева кажется открытой книгой: сын комбайнера, комсомолец, студент МГУ, генсек. Но в этой книге есть страницы, которые он предпочитал не перелистывать. Когда в 1952 году 21-летний студент заполнял анкету для вступления в КПСС, он сознательно скрыл многие факты.
Из крестьян — в рабочие
Михаил Сергеевич Горбачев родился в 1931 году в селе Привольном на Ставрополье в крестьянской семье. Об этом он сам говорил без всякого стеснения: «Родители мои и родители моих родителей — крестьяне». Его дед по матери, Пантелей Ефимович Гопкало, был одним из организаторов местного колхоза, а отец, Сергей Андреевич, работал комбайнером в машинно-тракторной станции — то есть на государственном предприятии, но всё же в поле, а не в кабинете.
Однако в анкете, которую он заполнял при вступлении в партию, в графе «социальное происхождение» появилась совсем другая запись: «из рабочих». Как отмечает биограф Андрей Грачев, такой ход, скорее всего, подсказали сотрудники райкома. Формальное основание действительно было: отец работал не в колхозе, а в совхозе, то есть на государственном предприятии. В бюрократической логике тех лет это сдвигало статус семьи в более предпочтительную категорию. Рабочее происхождение считалось надёжнее и «чище» крестьянского — особенно для амбициозного молодого человека, который собирался делать партийную карьеру.
Деды, которых не существовало
Куда серьёзнее обстояло дело с родственниками. В анкете был прямой вопрос о репрессированных членах семьи — и здесь будущему генсеку было что скрывать. Оба его деда пострадали в годы Большого террора. Пантелей Гопкало в 1937 году был арестован по обвинению в «троцкизме» и провёл в тюрьме больше года, прежде чем его оправдали. Андрей Моисеевич Горбачев, дед по отцовской линии, был отправлен в ссылку на два года за «невыполнение плана сельхозработ».
В своих мемуарах Горбачев признавался, что не знал, как поступить с этой информацией. Он обратился за советом к отцу-фронтовику. Сергей Андреевич ответил просто: «Не было этого у нас на фронте, когда в партию перед боем принимали». Смысл был прозрачен: на войне не интересовались родословной, так что и сейчас можно промолчать. Судя по всему, Михаил Сергеевич последовал этому совету и просто умолчал о судьбе дедов.
Историки расходятся в оценках: одни считают, что он действительно утаил эти сведения, другие указывают, что достоверно неизвестно, что именно он написал в той графе. Но в любом случае публично он эти факты не афишировал — и в советские годы предпочитал о них не распространяться.
Два года, которых не было
Ещё одна корректировка касалась трудового стажа. Горбачев действительно работал с отцом на комбайне ещё школьником — и в 1949 году, в 18 лет, получил орден Трудового Красного Знамени за ударный труд на уборке урожая. Это была реальная награда, реальный стаж, реальная биография. Но в анкете он указал, что после окончания школы два года трудился помощником комбайнера. Формально это выглядело как продолжение честной рабочей биографии.
На самом деле эти два года пришлись на период немецкой оккупации родного села Привольного — 1942–1943 годы. Указать правду означало бы признаться, что подросток провёл это время на территории, занятой врагом. А это, в свою очередь, повлекло бы за собой мучительные и опасные расспросы: чем занимался, с кем общался, не сотрудничал ли с оккупантами.
В системе, где путь наверх был открыт для кристально чистых, оказался ещё и "черный ход" для лжецов. Горбачев не был исключением. Через подобные «оптимизации» биографии проходили многие, кто хотел продвигаться по партийной линии. Но его случай показателен: человек, который впоследствии провозгласит гласность, сам начал с того, что тщательно скрывал собственную биографию.

