Чемодан в Париже
Весной 2019 года ушёл из жизни Александр Ростиславович Колчак — внук адмирала . В его квартире французские эксперты по русским архивам, супруги Бирр, наткнулись на металлический сундук. Открыв его, они увидели старую бумагу. Имя на документах заставило их замереть: Колчак .
Внутри оказалось более ста документов первой важности, часть из которых была подписана лично Керенским . Никто даже не подозревал о существовании этого архива. Наследники выставили 391 лот на торги в парижском аукционном доме Drouot . Стартовая цена всей коллекции составляла 300 тысяч евро. В итоге её продали за три миллиона .
Большую часть выкупили российские меценаты — Леонид Михельсон, глава «Новатэка», и Ермолай Солженицын . Четыре пятых архива передали в Государственный архив РФ и Дом русского зарубежья . Остальное разошлось по частным коллекциям.
Адмирал, которого мы не знали
Советская историография рисовала Колчака однозначно — военный преступник, палач, ставленник интервентов. Вновь обретённые письма рисуют совсем другой портрет.
В переписке с женой Софьей он предстаёт любящим мужем и заботливым отцом . Обращения «дорогая, милая Сонечка», «любименький Славушка» — это не язык палача . Он делится с ней военными новостями, переживаниями, страхами. Писал ей как другу, абсолютно обо всём . Своим высшим долгом он считал служение России: «Тяжек крест, принятый мною, и только во имя Родины можно нести его» .
Среди реликвий — Евангелие, которое Колчак брал в полярную экспедицию 1900–1902 годов, с его личным автографом. На нём же пометка его сына Ростислава о том, что книга сопровождала его во Второй мировой войне, когда он воевал в рядах французской армии и попал в плен .
Грамота Николая II о награждении Колчака орденом Святого Георгия 4-й степени ушла на аукционе за 211 тысяч евро — почти в 30 раз дороже стартовой цены . В коллекции также оказались паспорт адмирала 1900 года, послужной список, приказы, воззвания омского правительства с его правками . Дневники Софьи Колчак, которые она вела с 1920-х годов до самой смерти в 1956-м, насчитывают более тысячи страниц. В них — стихи, записи о муже, которого она так и не перестала любить .
Золото, которого нет
Но главная тайна Колчака — не его письма, а его золото. И здесь архив, увы, не дал ответа, лишь подлил масла в огонь.
Известно, что за время правления Колчака из Омска на восток отправили семь эшелонов с золотом на сумму более 195 млн золотых рублей . Последний, сформированный при эвакуации из Омска 10 ноября 1919 года, состоял из 29 вагонов с ценностями (28 — с золотом) и 11 вагонов охраны. Для маскировки состав замаскировали под санитарный — на вагонах были знаки Красного Креста .
Из-за хаоса Гражданской войны эшелон добирался до Иркутска два месяца. За это время было зафиксировано две кражи. В Иркутске при передаче большевикам не досчитались 13 ящиков золота . По некоторым данным, исчезло от 1 до 6 млн рублей. С тех пор кладоискатели ищут это золото. В 1940-х, 1950-х, 1990-х годах — безуспешно .
Сенсацией 1992 года стала статья в «Московском комсомольце»: «Золото Колчака искать на станции Тайга». Один эстонец, служивший писарем в армии Колчака, рассказывал, что помогал закапывать 13 ящиков у станции Тайга. Поисковые группы не нашли ничего. Сам информатор, по данным историков, был осуждён за мошенничество и умер в заключении . По мнению профессора Владлена Сироткина, золото было вывезено сознательно, а показания информаторов — ложь . Документальных подтверждений успешного сокрытия золота в архиве Колчака нет.
Дело, которое не закрыто
Главный парадокс в том, что возвращённый семейный архив не имеет отношения к главному делу адмирала — уголовному, по которому его расстреляли в Иркутске 7 февраля 1920 года. Оно до сих пор хранится в Центральном архиве ФСБ и доступа к нему нет .
В 1999 году Забайкальский военный суд отказал в реабилитации Колчака, признав его военным преступником . Делу присвоен гриф «совершенно секретно» . Историки, пытавшиеся ознакомиться с материалами, получали отказы . В 2019 году ФСБ якобы рассекретила дело, но доступ к нему исследователи так и не получили .
Вернувшийся в Россию архив не закрыл вопросов. Наоборот — он их умножил. Человек, которого мы знали как военного преступника, оказался любящим мужем и глубоко религиозным человеком. Золото, которое якобы спрятали, так и не нашли. А главное дело, которое могло бы пролить свет на его гибель, по-прежнему за семью печатями. И это молчание архива ФСБ, возможно, самое громкое из всего, что столетие хранилось в парижском чемодане.
