Главное открытие: Луна асимметрична
Самое фундаментальное, что обнаружили советские учёные, касалось не деталей рельефа, а общего строения лунной поверхности. Обратная сторона оказалась принципиально иной, чем видимая. На стороне, обращённой к Земле, «моря» — тёмные базальтовые равнины — покрывают около трети поверхности. На обратной стороне их практически нет. По данным, которые приводит «Наука РФ», кратеры покрывают лишь один процент поверхности невидимой стороны, в то время как на видимой на них приходится порядка трети . Немецкий аэрокосмический центр DLR формулирует это ещё лаконичнее: были обнаружены лишь две крупные тёмные области — Море Москвы и Море Мечты .
Именно это открытие поставило перед наукой вопрос, на который до сих пор нет окончательного ответа: почему две половины одной и той же Луны так непохожи? Асимметрия, зафиксированная «Луной-3», остаётся одной из центральных проблем селенологии.
Что было на снимках и как их получили
Технически всё было почти чудом для 1959 года. Аппарат массой 278,5 килограмма нёс фототелевизионную систему «Енисей», разработанную в НИИ-380 (ныне ВНИИТ). Съёмка велась на 35-миллиметровую плёнку, которая проявлялась прямо на борту, затем изображения сканировались и передавались на Землю по радиоканалу . Скорость передачи была низкой — кадр за 10 секунд или даже за 30 минут, но иного способа не существовало: радиоканал был узкополосным, и конструкторы были ограничены несколькими килограммами веса .
7 октября 1959 года за 40 минут аппарат сделал 29 снимков, охвативших около 70% обратной стороны. На Землю удалось передать 17 изображений — они были нечёткими, с низким разрешением, но достаточными, чтобы различить крупные детали . После дешифрирования учёные выявили и описали около 400 не видимых с Земли образований, установили их селенографические координаты .
Что появилось на карте
На основе этих снимков Государственный астрономический институт имени Штернберга выпустил «Атлас обратной стороны Луны», были составлены карты и каталоги. Международный астрономический союз утвердил названия новых объектов. На Луне появились Море Москвы и Море Мечты, кратеры и цирки Джордано Бруно, Циолковского, Менделеева, Ломоносова, Максвелла, Курчатова .
Любопытная деталь: название «Море Москвы» нарушило десятилетиями складывавшийся порядок именования лунных морей. Их называли либо по душевным состояниям (Море Спокойствия, Море Ясности), либо словами для воды (Море Влажности, Море Волн). «Море Москвы» выбивалось из этой системы — но осталось, потому что за ним стоял приоритет первопроходцев .
Чего не нашли и почему это важно
Советские учёные не обнаружили на обратной стороне ничего сенсационного вроде следов внеземных цивилизаций или аномальных артефактов. То, что они нашли, было скромнее по форме, но значительнее по смыслу: доказательство того, что Луна неоднородна, что её видимая и невидимая стороны развивались по-разному. Это открытие задало направление исследований на десятилетия вперёд.
Кроме того, «Луна-3» передала данные, которые позволили установить: у Луны практически отсутствует дипольное магнитное поле . Это тоже было важно для понимания её природы.
Стоит помнить и о технической стороне: аппарат был первым, на котором применили систему ориентации в космическом пространстве, разработанную под руководством Бориса Раушенбаха. До этого спутники летали «кувыркаясь» на орбите. Без этой системы навести камеру на обратную сторону Луны было бы невозможно .
Заключение
Снимки «Луны-3» были очень нечёткими. Их пришлось ретушировать перед публикацией в «Правде» 27 октября 1959 года . Но именно они дали человечеству первое представление о том, как выглядит половина Луны, которую никто никогда не видел. И именно они показали, что Луна — не однородный шар, а мир с двумя разными лицами.
Советские учёные обнаружили на обратной стороне Луны не «тайну», не «загадку» и не «сенсацию». Они обнаружили реальность, которая оказалась сложнее любых предположений: мир без морей, с кратерами, покрывающими лишь процент поверхности, с асимметрией, которую наука объясняет до сих пор. Это открытие не было громким в смысле сенсации. Но оно было фундаментальным — и остаётся таковым, даже если сегодня мы привыкли к картам обратной стороны, составленным по данным куда более совершенных аппаратов.
