Как Апанасенко стал хозяином Дальнего Востока
К 1941 году за плечами Иосифа Родионовича Апанасенко была долгая и непростая карьера. Уроженец Ставрополья, сын бедного крестьянина, он прошёл Гражданскую войну, командовал кавалерийскими соединениями . Однако в 1937 году его имя мелькнуло в материалах по «заговору Тухачевского». От расстрела его спасло то, что он быстро признал ошибку и был прощён — Сталин вновь проявил к нему небывалое великодушие .
В мае 1938 года Апанасенко назначили командующим Дальневосточным фронтом. Предшественники — сначала Блюхер, потом Штерн — после японской провокации у озера Хасан попали под репрессии . Третьему командующему предстояло не только оборонять восточные рубежи, но и строить там всё с нуля.
В армии о новом генерале ходила дурная слава. Его называли неучем, матерщинником и самодуром . Подчинённые вспоминали, что голос у него был громкий и хриплый, ругался он страшно и не выбирал выражений . Но очень скоро выяснилось, что за внешней грубостью скрывается недюжинный ум. Апанасенко много читал, вникал в каждую мелочь, внимательно слушал предложения подчинённых, брал ответственность на себя и никогда не подставлял нижестоящих .
Самым большим упущением края оказался транспортный вакуум. Вдоль Транссиба не было приличной автомобильной дороги, что делало армию крайне уязвимой: японцам достаточно было подорвать несколько мостов — и свобода маневрирования терялась . Апанасенко поставил задачу: за 150 дней построить 1000 километров дороги от Хабаровска до станции Куйбышевка-Восточная. Задача была выполнена в срок. Уже 1 сентября 1941 года по новой магистрали пошли первые грузовики .
Роковая встреча в Кремле
Осенью 1941 года, когда немцы стояли под Москвой, Сталин вызвал командующего Дальневосточным фронтом на ковёр. Апанасенко ехал в Москву, не подозревая, что первый секретарь Хабаровского крайкома Борков уже строчил на него доносы, обвиняя в «самовлюблённости, граничащей с самодурством» .
Разговор в Кремле пошёл о переброске дальневосточных дивизий на Запад. Апанасенко не возражал — он и сам отправлял части на фронт. На его счету были десятки дивизий, которые помогли отбить нападение под Москвой . В самый разгар обсуждения Сталин спросил:
— А сколько у тебя противотанковых пушек? Грузи и эти орудия к отправке!
И тут Апанасенко вскочил, швырнул на пол стакан с чаем и заорал:
— Ты что? Ты что делаешь?! Мать твою так-перетак! А если японец нападёт, чем я буду защищать Дальний Восток? Этими лампасами?! Снимай с должности, расстреливай, орудий не отдам!
Свидетель Борков, по его словам, «обомлел», ожидая, что сейчас их обоих увезут на Лубянку . Однако произошло невероятное. Сталин ответил миролюбиво:
— Успокойся, успокойся, товарищ Апанасенко! Стоит ли так волноваться из-за этих пушек? Оставь их себе .
Почему Сталин не тронул Апанасенко
Объяснений этому небывалому для сталинской системы снисхождению несколько. Во-первых, у Апанасенко были реальные аргументы. Положение на Дальнем Востоке оставалось напряжённым. Япония формально соблюдала пакт о нейтралитете, но на фоне немецкого наступления политика Токио могла измениться в любой момент. Апанасенко хорошо помнил бои у озера Хасан в 1938 году .
Во-вторых, Сталин сам часто грубо обращался с людьми и мог по психологическим причинам симпатизировать тому, кто отвечал ему в той же манере . Но главное — Апанасенко был человеком дела. Под его руководством Дальний Восток превратился в неприступную крепость, и Сталин это ценил .
Дальневосточные чиновники ещё несколько лет писали на Апанасенко доносы. Среди обвинений было и откровенно нелепое — будто генерал планирует отделить Дальний Восток от СССР и сделаться «царём» . Однако эти жалобы не возымели действия . Апанасенко оставался на Дальнем Востоке до 1943 года, пока не стало ясно, что нападение японцев исключено.
Последний бой и незаслуженное забвение
В 1943 году Апанасенко добился перевода на Западный фронт. Он мечтал о настоящем бою и постоянно просился в действующую армию. Сталин согласился, назначив его заместителем командующего Воронежским фронтом .
«Скажи, кому я ещё так доверял, как тебе? Ну, скажи! Не скажешь! Потому что никому», — говорил вождь на прощание .
Генерал успел повоевать всего три месяца. 5 августа 1943 года под Белгородом на Курской дуге он попал под обстрел и был смертельно ранен осколком снаряда . В его партийном билете нашли предсмертную записку: «Если мне будет суждено погибнуть, прошу хоть на костре сжечь, а пепел похоронить в Ставрополе, на Кавказе» . Воля была исполнена.
Иосиф Апанасенко был одним из четырёх советских генералов армии, погибших на фронте . Его именем названы улицы, но в массовой исторической памяти он остался в тени более громких полководцев. А ведь именно его дерзость, стратегическая дальновидность и умение брать на себя ответственность во многом спасли Москву в 1941 году и удержали Дальний Восток от японского вторжения. И уникальный случай, когда вождь, которому никто не смел перечить, принял мат от подчинённого и не просто простил, а оставил при себе, — это, пожалуй, самое красноречивое доказательство его заслуг.
