Что Сталин сделал с советским военачальником, который предложил вернуть в Красную Армию генералов
В 1940 году Степан Оборин посоветовал Сталину вернуть в армию генеральские звания. Через год его расстреляли. Он не признал вину. Его реабилитировали только после смерти Сталина. История генерала Оборина — это история о том, как инициатива встала боком для инициатора.
Три войны
Степан Ильич Оборин родился в 1892 году в Тверской губернии в семье рабочего. После церковно-приходской школы трудился на текстильном производстве, а в 1913 году был призван в царскую армию. Шла Первая мировая, на фронтах которой рядовой артиллерийского дивизиона получил ранение. Незадолго до революции его уволили по болезни. Однако в 1918 году Оборин вступил в РККА.
Военные конфликты следовали один за другим, и во всех Степан Ильич принимал участие: Гражданская война, советско-финская, Великая Отечественная. Две последние сыграли в его жизни особую роль.
В годы финской войны Оборин командовал артиллерией 19-го стрелкового корпуса 7-й армии и удостоился ордена Красного Знамени. Поэтому неудивительно, что в апреле 1940 года он присутствовал на совещании Политбюро ЦК ВКП(б) и командиров РККА, участвовавших в зимней войне. В ходе боёв обнаружились многочисленные недостатки Красной армии, на устранение которых решили обратить пристальное внимание. В своём выступлении Оборин предложил Сталину: «Для поддержания авторитета нашей Красной Армии и великой страны считаю, что нужно ввести генеральское звание» .
Генерал-майор
Уже в июне 1940 года Степан Оборин, командир 14-го механизированного корпуса, сам получил звание генерал-майора. В этом звании он и встретил Великую Отечественную войну.
О том, что случилось с Обориным в первые дни войны, историки спорят до сих пор. Согласно одной версии, которую приводит Денис Соловьёв в издании «Командиры дивизий Красной Армии 1941–1945 гг.», 25 июня 1941 года в ходе боёв генерал получил ранение и был эвакуирован в тыл. Однако другая версия гласит: Степан Ильич, будучи действительно раненым, но весьма легко, покинул фронт — иными словами, бежал с поля боя. В начале июля Оборин приехал в Москву, где проживал в своей квартире.
Там же, в собственной квартире, его и арестовали.
Обвинение
В августе 1941 года дело генерала рассмотрела Военная коллегия. Он обвинялся по двум статьям Уголовного кодекса РСФСР 1926 года: 193-17 п. «б» (злоупотребление, превышение или бездействие власти и халатное отношение к службе лица начальствующего состава РККА при наличии отягчающих обстоятельств) и 193-22 (оставление поля боя, сдача в плен либо отказ во время боя действовать оружием, а также переход на сторону противника). Каждая из статей предполагала лишь одну меру наказания — расстрел.
Как утверждало следствие, несмотря на все имевшиеся возможности для того, чтобы дать отпор врагу, Оборин поддался панике и, бросив части, бежал в штаб армии.
«Невиновен»
Оборин категорически не признавал свою вину. Как пишет Вячеслав Звягинцев в книге «Война на весах Фемиды», военачальник свидетельствовал: «Должного сопротивления противнику мой корпус не смог оказать по причине своей небоеспособности. Корпус был укомплектован рядовыми, средним и старшим командным составами всего лишь на 50%, а младшим командным составом на 25%» . Также, по словам Оборина, его корпус не имел положенной техники, не было даже средств связи. Не хватало оружия, патронов, снарядов и карт.
Звягинцев считает: именно в силу этих обстоятельств механизированный корпус, которым командовал Оборин, был фактически уничтожен немцами. Уцелели только 16 танков — это указано в материалах дела. Сам генерал в ходе боёв был действительно ранен, вследствие чего переправлен в штаб. Оттуда его в соответствии с указанием командующего фронтом тут же увезли в госпиталь.
Расстрел и реабилитация
Тем не менее в октябре 1941 года Степана Оборина расстреляли на полигоне Коммунарка.
Прошло четыре года после смерти Сталина, прежде чем Оборин был реабилитирован. Пленум Верховного суда постановил: высшая мера к генералу была применена необоснованно, так как доказательств инкриминируемых ему деяний не было.
