Это дело прокурор Андрей Вышинский — будущий архитектор печально известных московских процессов 1930-х — назвал исключительным. И не без оснований: в 1924 году на скамье подсудимых оказались не «враги народа» или вредители, а 42 его собственных коллеги — судьи, следователи и прокуроры Ленинграда. Вышинскому предстояло блеснуть своим безжалостным красноречием, обвиняя тех, с кем бок о бок работал в залах судов.
Коррупционный альянс времен НЭПа
Как пишет историк Александр Звягинцев, в сетях следствия оказались служители Фемиды всех рангов — от народных судей до следователей военного трибунала. Их обвиняли в создании целой системы взяточничества. В эпоху Новой экономической политики (НЭПа) судебные чины вступили в преступный сговор с нэпманами — новой советской буржуазией. За взятки, которые доходили до астрономических по тем временам 39 тысяч рублей, они «решали вопросы» в пользу платежеспособных клиентов, грубо подрывая авторитет молодой судебной власти.
«Голые женские дуэли» в Российской империи: что это было
Для Вышинского это дело стало звездным часом. По мнению исследователя Александра Кирпичникова, именно здесь взошла его «кровавая звезда». Прокурор выкладывался полностью, превращая уголовное дело в политический спектакль. В своих пламенных речах он клеймил взяточничество как особо гнусное преступление, когда им занимается работник юстиции, «продающий правосудие». Он утверждал, что буржуазия, не сумевшая взять власть открыто, теперь «заходит с тыла», разлагая государство изнутри через коррупцию.
Жестокая расплата и неожиданные оправдания
Андрей Вышинский требовал для взяточников, которые, по мнению Звягинцева на самом деле не были связаны между собой, а материалы объединили искусственно, самого сурового и беспощадного наказания. Вышинский объявил, что обвиняемые запятнали высокое имя судьи. По данным Елены Прудниковой, автора книги «Хрущев», 19 взяткодателей и взяткополучателей были действительно приговорены к расстрелам. По другим сведениям, высшая мера была назначена 17 подсудимым.
Впрочем, стоит отметить, что 8 обвиняемых получили по 10 лет, а остальные отделались менее серьезными сроками. Мало того, Вышинский, поддержавший обвинение, выдвинутое следствием, почти в полном объеме, просил сделать исключение для двух судебных работников, но принять во внимание их «преступные связи». При этом Андрей Януарьевич делал упор на политическое значение коррупции, упомянув, что буржуазия теперь «заходит с тыла». Удивительно, но в результате процесса были оправданы Левензон и Матеди, вину которых доказать не удалось.
