В 1993 году на высокогорном плато Укок, на границе России, Казахстана, Китая и Монголии, археологическая экспедиция под руководством Натальи Полосьмак вскрыла курган Ак-Алаха-3. Под слоем вечной мерзлоты, в лиственничной колоде, сколоченной бронзовыми гвоздями, лежала мумия молодой женщины. На ней были белая шёлковая рубашка, бордовая шерстяная юбка, войлочные носки и меховая шуба. Голову украшал 90-сантиметровый парик из конских и человеческих волос, войлока и шерсти, с деревянными фигурками птиц и золотой фольгой. Руки покрывали татуировки — мифический олень с клювом хищника, грифоны, козерог, снежный барс. Рядом — шесть коней под сёдлами со сбруей. Всё это датируется V–III веками до нашей эры и принадлежит пазырыкской культуре — союзу скифских кочевых племён Горного Алтая.
Журналисты тут же окрестили находку «принцессой Укока». Для алтайцев она стала Ак-Кадын — Белой Госпожой, хранительницей врат в подземный мир. Но когда за дело взялись генетики, красивая легенда начала рассыпаться на глазах.
Европеоидка в сердце Азии
Первый удар по мифу нанесли не генетики, а антропологи. В 1995 году по черепу мумии, методом Михаила Герасимова, восстановили лицо. Результат озадачил: перед исследователями была девушка с массивной нижней челюстью, глубокими глазницами, высоким носом — типичный европеоид, близкий к южно-европеоидному типу.
Алтайцы отказались верить. В 2005 году один из алтайских историков обвинил новосибирских археологов в том, что они «придали» мумии европеоидный вид. Требовалась генетическая экспертиза. И её провели.
Анализ митохондриальной ДНК — той, что передаётся только по материнской линии — показал: с вероятностью 90% мумия относится к гаплогруппе U4. Эта мутация впервые появилась в Европе около 25 тысяч лет назад. За тысячелетие до пазырыкской культуры она распространилась у представителей андроновской культуры юга Сибири — народа, которого многие учёные считают предками скифов. В наше время гаплогруппа U4 широко распространена у калашей — индоевропейского народа, живущего в горах Гиндукуша на севере Пакистана, среди которого немало светловолосых и голубоглазых людей.
Мужские захоронения пазырыкской культуры выявили присутствие типично индоевропейской Y-хромосомной гаплогруппы R1a — той самой, что характерна для скифов и встречается примерно у 70% восточных славян. В сочетании с чёткими расовыми признаками черепа эти данные закрывают вопрос о родстве «принцессы» с современными алтайцами. Она к ним генетически отношения не имеет.
Родственники — кеты и селькупы, а не алтайцы
Но если не алтайцы, то кто? В 2001 году исследование митохондриальной ДНК представителей пазырыкской культуры показало: по материнской линии они наиболее близки к современным селькупам и кетам — коренным малочисленным народам Сибири, живущим далеко на северо-западе от Алтая. Кеты — единственный народ России, говорящий на енисейском языке, который не имеет родственных связей ни с одной языковой семьёй мира.
Наталья Полосьмак, обнаружившая мумию, поясняла это с той же прямотой: эта женщина не может быть праматерью всех алтайцев, потому что принадлежала к европеоидам. Никакой генетической или морфологической связи между останками «принцессы» и современными алтайскими народами нет.
Как получилось, что европеоидная «принцесса» оказалась родственна монголоидным кетам и селькупам? Дело в генетике: нельзя сказать, что кеты произошли от принцессы. Пазырыкцы сыграли важную роль в формировании генофонда кетов и селькупов, а также современных жителей Алтая. Они внесли свой вклад, но были и другие популяции, привнёсшие свои генетические компоненты.
Сама Полосьмак в интервью РИА Новости подчёркивала: пазырыкская культура — многосоставная. В ней есть монголоидный, европеоидный и более древний, автохтонный компоненты, занимающий промежуточное положение между двумя большими расами. Европеоидный компонент имеет те же генетические корни, что и кочевые племена скотоводов, обитавших на территории Парфии, Бактрии, Маргианы — современного северо-восточного Ирана, южной Туркмении, южного Узбекистана и Таджикистана. Физиономически близких к этому типу людей сегодня можно встретить среди узбеков и таджиков.
«Амазонка», оказавшаяся мужчиной
В 2015 году, спустя более чем двадцать лет после находки, новосибирские генетики из Института цитологии и генетики СО РАН провели новый анализ ДНК костных останков. Исследование проводилось с использованием четырёх систем генетических маркеров: митохондриальной ДНК, гена амелогенина (определяющего пол), аутосомных STR-локусов и STR-локусов Y-хромосомы.
Результат ошеломил. В одном из парных захоронений, которое изначально считали могилой молодой женщины-«амазонки» и зрелого мужчины (предположительно супругов или отца с дочерью), генетический анализ установил истинный пол: «амазонка» оказалась мужчиной. Юношей. Это заставило пересмотреть интерпретацию целого ряда пазырыкских погребений, где археологи определяли пол по погребальному инвентарю — а инвентарь, как выяснилось, может вводить в заблуждение.
Рак, а не битва
Ещё одна тайна, которую раскрыло исследование мумии, касалась причины смерти. На вид — молодая женщина 25–30 лет, богатое вооружённое сопровождение, суровый облик. Можно было бы предположить насильственную смерть — ранение в бою, удар стрелы. Но МРТ-исследование мумии показало: женщина умерла от рака молочной железы четвёртой степени. Были обнаружены опухоль в груди и метастазы.
Данные о том, что при жизни женщина регулярно вдыхала пары меди и ртути — вероятно, во время ритуалов и обрядов, — позволили учёным предположить, что она была шаманкой или целительницей. Болезнь не щадила ни простых смертных, ни «принцесс».
Народ, который не пережил хунну
В марте 2026 года на сервере препринтов bioRxiv появилась статья международной группы исследователей под руководством Юсуфа Джана Оздемира и Анны Сеченьи-Надь, в которой были проанализированы 91 древних геномов с территории Горного и Лесостепного Алтая, охватывающих период от VI века до нашей эры до XIV века нашей эры. Два новых генома из Березовских курганов в восточно-казахстанской части Алтая были отнесены к железному веку и связаны с восточно-скифскими (сакскими) культурами, в том числе с пазырыкской.
Главный вывод: железновековое население Алтая пазырыкского периода обладало значительным генетическим разнообразием. Но эта популяция не пережила экспансию хунну во II веке до нашей эры. В анализе IBD — идентичных по происхождению фрагментов ДНК — новые железновековые образцы из Алтая не обнаружили никаких связей с более поздними алтайскими группами. Иными словами, пазырыкцы как генетическая популяция исчезли, не оставив прямого потомства среди тех, кто пришёл им на смену.
Это объясняет, почему «принцесса Укока» оказалась генетически чужой и современным алтайцам, и всем, кто пришёл на Алтай после II века до нашей эры. Её народ не ассимилировался — он был вытеснен.
Скифы — европейцы, а не азиаты
Параллельно с алтайскими исследованиями российские палеогенетики совершили прорыв в изучении скифов вообще. В 2025 году в журнале Science Advances была опубликована статья большого консорциума под руководством академика Евгения Рогаева — первое в мире масштабное геномное исследование скифов со всей территории Великой Скифии. Было секвенировано 131 древний геном. Результат: скифы Северного Причерноморья, Предкавказья и Среднего Дона имели преимущественно европейское происхождение с доминированием генетических компонентов европейских групп бронзового века. «Азиатских примесей» — менее 10%.
У скифов обнаружили мутацию непереносимости фруктозы — «скифскую мутацию», — носители которой не могли употреблять мёд, лук, виноград. Среди исследованных индивидов были светловолосые и голубоглазые, а некоторые носили генетические маркеры, связанные с рыжим цветом волос. Генетическое сходство скифов оказалось чуть больше с современными популяциями севера Европы, балтийского региона и северо-запада России, нежели с населением юга Европы.
А ранее, в 2018 году, исследование 137 древних геномов из степей Евразии, опубликованное в Nature под руководством Питера де Барроса Дамгаарда, показало: скифские группы железного века были высоко структурированы, с разнообразным происхождением, включавшим позднебронзовых скотоводов, европейских земледельцев и южносибирских охотников-собирателей. Восточные и западные скифы возникли независимо в разных регионах.
Полный геном «принцессы»: ожидание
При всём богатстве данных один важнейший документ пока отсутствует: полного генома «принцессы Укока» в рецензируемой научной литературе до сих пор нет. Есть данные митохондриальной ДНК, есть STR-локусы, есть антропологическая реконструкция. Но полногеномное секвенирование — то, что позволило бы ответить на все вопросы о её происхождении без оговорок, — ещё не опубликовано. Новый препринт 2026 года по геномам Алтая также ещё не прошёл рецензию.
Так что история ДНК «принцессы Укока» — не завершена, а продолжается. Каждый новый год приносит новые данные, и каждый раз они вступают в конфликт с мифом, который оказался удобнее правды. Она должна была быть алтайской праматерью — а оказалась европеоидкой с гаплогруппой из ледниковой Европы. Она должна была быть женщиной-воином — генетика обнаружила юношу в соседнем погребении. Она должна была быть сакральной фигурой — учёные нашли умирающую от рака молодую женщину. Её народ должен был оставить наследие — а исчез без следа под ударом хунну.
ДНК «принцессы» рассказала о прошлом больше, чем все курганы Алтая вместе взятые. Но, как это часто бывает, правда оказалась неудобной. И горные духи плато Укок, населявшие эти места две с половиной тысячи лет назад, хранят молчание.
