«Достал пистолет и прямо в суде пристрелил Геринга»: что американцы писали про советского прокурора Нюрнберга
Главный обвинитель: человек без возраста
Когда летом 1945 года Роман Андреевич Руденко был назначен главным обвинителем от СССР в Нюрнберге, ему было всего 38 лет. Для такой должности — молодо. Но за плечами у него уже была стремительная карьера: уроженец черниговского местечка, он начал следователем в 22 года, стал прокурором Донецкой области в годы Большого террора, входил в печально известную «тройку» НКВД.
Многие ждали, что в Нюрнберг поедет сам Андрей Вышинский — легендарный прокурор, гроза «врагов народа». Но Сталин решил иначе. Назначение Руденко стало неожиданностью, но одновременно и сигналом: молодой, жесткий, проверенный в деле. Руденко предстояло представлять страну на главном суде века, и он сполна оправдал доверие.
«Достал пистолет и застрелил»: как родился миф
Атмосфера в Нюрнберге в начале 1946 года накалилась до предела. Геринг, второй человек в Третьем рейхе, вел себя на процессах на удивление развязно. Он улыбался, шутил, сыпал каверзными вопросами, пытаясь запутать обвинителей. Казалось, глава люфтваффе чувствовал себя хозяином положения.
Руденко методично готовился к перекрестному допросу. Он досконально изучил документы и не собирался давать спуску. Как вспоминал Марк Рагинский, помощник главного обвинителя от СССР, после предъявления неопровержимых документальных доказательств наглый рейхсмаршал сник.
Именно в эти дни один из американских журналистов, наблюдавший за драматическим противостоянием, сказал, что Руденко буквально расстреливает Геринга пулеметной очередью своих вопросов. Это была фигура речи. Но в редакции Stars and Stripes решили: почему бы не подать это как реальный выстрел?.
Так родилась сенсация.
Реакция: «Какая разница?»
Члены советской делегации, по словам историка Александра Звягинцева, были ошеломлены такой вопиющей ложью. К секретарю делегации Аркадию Полтораку подошел американский коллега и, видя его возмущение, спокойно заметил: «Какая разница, как было покончено с Герингом? Как будто ему пришлось бы легче от пулеметной очереди убийственных вопросов вашего обвинителя?»
Журналисты поняли: переборщили. На следующий день Stars and Stripes попыталась спустить утку на тормозах. Сначала появилась версия, что стрелял не Руденко, а председатель трибунала лорд Лоуренс. Потом — что Геринга хватил «мозговой удар». Но осадок остался, и миф о «советском прокуроре с пистолетом» зажил своей жизнью.
Логика и яд: чем закончилось
Самого расстрела, конечно, не было. Геринг не погиб от пули в зале суда — он покончил с собой за два часа до казни, разжевав капсулу с ядом 16 октября 1946 года.
Удивительно, но самоубийство Геринга лишь добавило реалистичности слуху. Многие тогда и впрямь поверили, что «неугодного» нациста убрали прямо в зале, а потом подстроили самоубийство. Но это не так.
Парадокс в том, что эта нелепая «утка» стала для Руденко самой яркой, но и самой кривой визитной карточкой. В историю он вошел не как блестящий юрист, сломавший нацистскую верхушку, а как мифический персонаж, якобы расстрелявший подсудимого в здании суда.
Что нам остаётся
Вот такая пища для размышлений. Человек со стальными нервами и безупречным знанием документов оказался в глазах иностранной публики героем криминальной хроники. Это очень по-человечески: всегда проще поверить в эффектный выстрел, чем в то, что кто-то методично, день за днем, доказывает вину огромного преступного механизма с помощью дел и цифр.
Руденко улыбался этому мифу всю оставшуюся жизнь. Он дослужился до Генерального прокурора СССР, возглавлял надзорное ведомство почти три десятилетия — с 1953 по 1981 год. И все эти годы то тут, то там всплывала эта история.
Но спросите у своего знакомого историка: кто выиграл войну в зале суда — и он назовет вам имя Руденко. В конце концов, американский журналист оказался прав: какая разница? Убийственные вопросы нашего прокурора и впрямь были страшнее любого пистолета.
