Ту самую фразу «Я работаю как лошадь» Екатерина Великая написала в дневнике, когда ей было уже за шестьдесят. И это была не жалоба уставшей женщины — скорее констатация привычного факта. За 34 года правления императрица превратила самодисциплину в главный инструмент управления. Ее день — ранний подъем, государственные дела, литературные труды и только один полноценный прием пищи — походил не на жизнь избалованной венценосной особы, а на конвейер хорошо отлаженной машины.
Главный секрет «жаворонка»
Пока высший свет Петербурга видел первые сны, императрица уже была на ногах. Екатерина просыпалась в 5–6 часов утра и начинала день с варки кофе по-турецки — настолько крепкого, что на пять чашек уходил целый фунт молотых зерен. Оставшуюся гущу после императрицы до заваривали слуги. Свои покои она растапливала сама, веерно разгребая угли в камине — услуги прислуги в это время были не нужны.
Тишина первого утра была священна. Она писала письма Вольтеру и монархам Европы, сочиняла сказки и либретто или просто вела дневник. Этот ритуал неизменно длился до 8 утра.
Часы для империи
Ровно в 9 утра страна начинала работать. С этого момента Екатерина без остатка погружалась в чтение бесчисленных докладов и проектов. Каждый министр или статс-секретарь имел строго фиксированное время для аудиенции. Императрица создала для чиновничества систему, где время императрицы было дороже должности.
Лишь в полдень она прерывалась для сборов. Парикмахер успевал уложить волосы за десять минут, а разодетых фрейлин с высокими прическами императрица не жаловала в принципе.
Обед — все, что нужно
К часу дня Екатерина появлялась в столовой. Но есть она любила скромно, часто даже в одиночестве. Английский барон Димсдейл, лечивший ей головные боли, посоветовал отказаться от переедания. Императрица послушалась и пошла дальше — перестала ужинать вовсе.
Стандартный обед государыни мог сильно удивить. Вместо царственных яств — отварная говядина, соленый огурец или квашеная капуста, вареники с вишней или просто спелые фрукты. Из напитков — рюмка мадеры, обязательно разбавленная смородиновой водой, чтобы не хмелеть. Иногда обед был чуть плотнее и включал лангустов или дичь, но идея оставалась той же: поесть просто, сытно и быстро, не тратя время на гастрономические изыски.
Почему этот режим работал
Такой распорядок кажется аскетичным. Но это была продуманная стратегия: ум должен оставаться бодрым дольше. Свободное от еды время Екатерина отдавала делам. В свободные часы — чтение, вышивание, рукоделие или прогулки. Она стреляла метко и скакала на лошади в мужском седле, когда позволяла обстановка.
Лишь когда силы подвели, она сдвинула подъем на 7 утра и добавила в расписание послеобеденный сон. Но привычка трудиться много и без сантиментов осталась с ней до последнего дня. В этой механической точности, пожалуй, и кроется секрет её «Величества».
