25/04/21
Ежов, Берия, Ягода: что изъяли при обыске у наркомов НКВД

Трое из четверых наркомов НКВД СССР были расстреляны, и у всех при обысках нашли много чего интересного. У «среднего» из них, Николая Ежова, была особая коллекция.

Генрих Ягода: много запретных фото и курева

Предшественника Николая Ежова, Генриха Ягоду, арестовали в конце марта 1937 года. Согласно рассекреченному акту об обыске у бывшего наркома, обнародованному Центральным архивом ФСБ РФ, у подследственного изъяли почти 4 тысячи штук порнографических снимков и свыше 11 тысяч штук египетских и турецких сигарет. В количественном отношении это самые весомые сегменты в перечне вещей, изъятых у Генриха Ягоды (перечень насчитывает 130 позиций).

«Серебро» и «бронза» в данном перечне у антикварной посуды (1008 наименований) и у «контрреволюционной, троцкистской, фашистской литературы» (542 единицы). Также среди изъятого – свыше 200 единиц антиквариата, более 300 патронов... Скрупулезно подсчитаны при обыске были даже заграничные женские чулки и мужские носки (142 пары).

Что особенно поразило чекистов, среди изъятых у Генриха Ягоды вещей присутствовал и «резиновый искусственный половой член», который также внесли в опись.

«Шалун» Берия»

По словам бывшего секретаря ЦК КПСС Николая Шаталина, присутствовавшего в 1953 году при обыске в служебном кабинете Лаврентия Берии (нарком НКВД в 1938 – 1945 годах), у бывшего руководителя Наркомата внутренних дел было изъято большое количество предметов женской одежды, в том числе белья, а также «предметы мужчины-развратника», назвать которые Шаталин постеснялся.

«Хозяйство» Ежова

Капитан госбезопасности, начальник 3-го спецотдела НКВД Петр Щепилов, составивший рапорт об обыске у арестованного бывшего наркома НКВД СССР Николая Ежова, перечислил то, что было обнаружено в квартире подследственного. Ассортимент в сравнении с изъятым у Ягоды и Берии был более чем скромным: 6 чекушек водки (3 полные, одна ополовинена, остальные пустые), 115 единиц контрреволюционной литературы, 3 пистолета – 2 «Вальтера» и «Браунинг» и другие вещи, которые не сочли нужным детализировать.

Главная, самая впечатляющая, находка – 4 сплющенные после выстрелов пули, изъятые из ящика письменного стола Ежова. Все они были поименованы бумажками – «Зиновьев», «Каменев», «Смирнов» (Иван Смирнов, как и Григорий Зиновьев и Лев Каменев в свое время состояли в так называемой «левой оппозиции»; все трое были расстреляны 25 августа 1936 года). Петр Щепилов в рапорте указал, что, очевидно, эти пули Ежову прислали после расстрела вышеназванных осужденных.

... По воспоминаниям бывшего сотрудника НКВД, а с 1938 года – невозвращенца, перебежавшего на Запад, Александра Орлова, Николай Ежов вместе со своим начальником Генрихом Ягодой 25 августа 1936 года присутствовал при расстреле группы осужденных – Григория Зиновьева, Льва Каменева и Ивана Смирнова. Пули, извлеченные из трупов расстрелянных, по утверждению Орлова, хранились поначалу у Ягоды, и только после ареста наркома их забрал себе его преемник.

О причине сохранения этих четырех револьверных пуль от «нагана» и «кольта» Николая Ежова на допросах не спрашивали – подследственный и без этого наговорил такого, что на суде сам осознал: смертной казни не избежать. В своем последнем слове Ежов просил расстрелять его «спокойно, без мучений».