Псковская губерния, 1916 год. Крестьянская семья стоит вокруг гроба. Лица спокойные, без истерик. Бабушка в платке держит свечу, дед оперся на край соснового ящика. Кто-то смотрит прямо в объектив. Снимок постановочный, почти парадный. Мы привыкли думать, что наши предки боялись смерти. А они спокойно доставали фотоаппарат, укладывали покойника получше и садились рядом фотографироваться.
Откуда взялась эта странная традиция у русских? Почему «мертвые снимки» десятилетиями хранили в семейных альбомах рядом со свадебными фотографиями и карточками новорожденных?
Рождение традиции: когда фотография была роскошью
Все началось в Европе. В 1839 году появился дагерротип. Услуги фотографа стоили дорого, и позволить себе прижизненный портрет мог далеко не каждый. Многие люди вообще никогда не снимались. Когда человек умирал, у родных оставалась последняя возможность сохранить его облик.
Вот так посмертная фотография и стала способом запечатлеть память об ушедшем. В Англии и Америке этот обычай достиг пика в 1870-х годах. Потом традиция перекочевала в Российскую империю — как раз на рубеже XIX–XX веков. И здесь прижилась особенно прочно.
Особая русская версия
Западные фотографы старались показать покойника живым: усаживали на стулья, подпирали спинками, открывали глаза и даже подрисовывали зрачки на веках. Результат смотрелся жутковато, но тогда это казалось утешением для родных.
В России же к такому подходу относились настороженно. Умерших никогда не пытались изобразить живыми — это считалось чуть ли не кощунством. Фотографировали строго по канонам: покойник лежит в гробу, крупным планом — лицо. Рядом стоят скорбящие родственники. Никаких улыбок, никаких попыток представить смерть как сон.
Исследователи даже проводят параллели с иконописью. Вспомните канонические изображения «Успения Богородицы» — та же композиция: гроб сбоку, святые вокруг, спокойные лица. Снимки русских похорон нередко строятся по тому же принципу. Церковь, кстати, не возражала. В нарушении канонов никто не усматривал.
Почему от этого не отказывались десятилетиями
Фотографировать покойников перестали далеко не сразу. В XX веке эта практика пошла на спад, но не исчезла вовсе. И на это были причины.
Во-первых, вплоть до 1920-х годов многие русские люди — особенно в деревнях — так и не имели прижизненных снимков. Посмертная фотография часто становилась единственным портретом человека в семейном архиве.
Во-вторых, смерть не была табуированной темой. Ее не боялись, не воспринимали как что-то постыдное. Это был естественный переход в иную жизнь, который неплохо было бы запечатлеть для потомков.
Особенно показательны снимки времен Гражданской войны. Газеты публиковали посмертные фотографии погибших героев. Выпускались целые фотоальбомы, посвященные революции, которые начинались с кадров усопших. Образ мертвого бойца становился символом. Идеология требовала жертв — и запечатлевала их.
В советское время традиция постепенно угасала. Фотоаппараты стали доступнее, появилось больше прижизненных снимков. Отпала необходимость фотографировать покойника ради сохранения памяти. Однако кое-где в глубинке этот обычай дожил до 1970-х годов.
Что осталось сегодня
Сейчас посмертные снимки вызывают недоумение, а то и отвращение. Мы хотим запоминать своих близких живыми. Традиция ушла в прошлое. Но пока в старых альбомах лежат эти фотографии, можно хотя бы попытаться понять тех, кто их делал.
В конце концов, они не были безумцами. Просто смерть тогда стояла ближе к дому. И ее не боялись встречать с фотоаппаратом в руках.
