12/05/26

«Генерал-отступление»: судьба худшего полководца в русской истории

Есть один генерал, чье имя в русской военной истории стало едва ли не синонимом «везения наоборот». Враги его боялись, свои — тяготились, а император надеялся до самого конца. Речь об Алексее Николаевиче Куропаткине — самом, пожалуй, спорном и невезучем военачальнике Российской империи. Его звездный час так и не наступил, зато была целая вереница проигранных сражений, за которую он получил от журналистов и сослуживцев обидное прозвище «генерал-отступление».

Путь к главной катастрофе

Карьера Алексея Куропаткина поначалу складывалась блестяще. Участник покорения Средней Азии, герой Русско-турецкой войны 1877–1878 годов, приближенный легендарного «белого генерала» Михаила Скобелева . Красивый послужной список и репутация прекрасного штабного организатора привели его в 1898 году в кресло военного министра .

Там он тоже проявил себя весьма успешно: поднял жалование офицерам, задумал масштабное перевооружение армии. Но на практике управлять страной и воевать самому — оказались вещами диаметрально противоположными. Когда грянула Русско-японская война 1904 года, император решил, что лучшего кандидата на пост главнокомандующего, чем военный министр, не найти. Сам Куропаткин в этом сомневался. И не зря.

Тотальное поражение: «Мукденская мясорубка»

Сражения при Ляояне, на реке Шахэ, под Сандепу — всюду русская армия под командованием Куропаткина отступала или терпела неудачи . Командующий действовал нерешительно: боялся окружения, дробил силы, тянул с приказами.

Кульминацией стала битва под Мукденом в феврале-марте 1905 года. Тогда двадцатитысячная российская армия попала в окружение и плен . Куропаткин не смог организовать ни оборону, ни прорыв. Его войска были морально подавлены и деморализованы.

Хотя сам командующий избежал плена, его репутация была уничтожена. Куропаткин был снят с должности. Проигранная война стала приговором не только для его карьеры, но и для авторитета Николая II.

«Генерал-отступление» против «Брусиловского прорыва»

Но на этом история «полководца-неудачника» не закончилась. Через десять лет грянула Первая мировая война. Куропаткин снова был призван в строй. И снова ему не повезло.

В 1916 году, все в том же чине командующего армией, Куропаткин не нашел общего языка с более талантливым и дерзким коллегой — Алексеем Брусиловым. Когда тот начал своё знаменитое наступление, Куропаткин, по свидетельствам историков, не поддержал его должным образом . Его корпуса наступали вяло, не смогли развить успех, и прорыв в итоге захлебнулся.

В армии ходила злая шутка, что Куропаткин не столько командует войсками, сколько «отступает в образцовом порядке». Фронтовые офицеры не скрывали раздражения, а солдаты не любили его за бесконечные отступления и огромные потери.

Парадокс: как неудачник оставался на плаву

Справедливости ради, современные исследователи пытаются его «обелить». Они находят объективные причины поражений в Русско-японской: устаревшая техника, разбросанные по гарнизонам войска, самоуверенность Алексея Куропаткина, который нерешительно применял реформы, боялся больших сражений . Да, армия была в несколько раз меньше японской и хуже вооружена . Но талант полководца как раз и заключается в том, чтобы побеждать, когда условия против тебя.

Куропаткин же, будучи блестящим штабистом и организатором, на поле боя терялся. Он не мог «заразить» солдат отвагой, как это делал Скобелев, и не обладал военной хитростью Суворова. Он всегда действовал «по уставу», а японцы и немцы — по обстановке.

Итог

Куропаткин — фигура трагическая и во многом несправедливо забытая. Но спросите любого военного историка, кому из русских полководцев чаще всего «не везло» в крупных битвах, — и вам назовут фамилию Куропаткин. Его имя стало символом бездарности и нерешительности. Он не проигрывал «всегда», но самые главные сражения своей жизни он проиграл с разгромным счетом. Именно поэтому, говоря о военных неудачах Российской империи, первым делом вспоминают именно этого «невезучего» генерала от инфантерии. Куропаткин скончался в 1925 году в своей родовой усадьбе Шешурино, куда перебрался на склоне дней и где учил детей в сельской школе и заведовал библиотекой.