Гранаты Дивова: почему Александр I не позволил изготовить самое страшное противопехотное оружие
В истории часто случается, что подлинные новаторы остаются в тени. Именно так произошло с Павлом Гавриловичем Дивовым — сенатором, управлявшим МИДом, но в душе оставшимся артиллерийским конструктором. Его дневник, публиковавшийся в «Русской старине», сохранил для нас портреты эпохи, однако куда более удивительно другое его наследие: оригинальные проекты снарядов, которые могли бы изменить ход артиллерийских дуэлей начала XIX века.
В поисках идеального снаряда
К началу Наполеоновских войн артиллерия столкнулась с тактической проблемой. Классические снаряды имели серьёзные недостатки:
Ядра и бомбы: Дальность до 2 км, но низкая эффективность против рассыпного строя пехоты.
Картечь: Смертоносная на короткой дистанции (300-400 м), но бесполезная на дальней.
Ответ нашёл британский офицер Генри Шрапнел, совместивший картечь и бомбу в одном снаряде. Его «spherical case shot» (картечная граната) взрывался в воздухе, поражая противника сверху. Несмотря на сопротивление консерваторов, к 1803 году снаряд был принят в Англии. Россия пошла другим путём, позаимствовав в 1809 году усовершенствованную французскую картечь системы Грибоваля с чугунными пулями, увеличившую дальность до 850 м.
Прорыв от Дивова
В 1811 году, накануне войны, сенатор П.Г. Дивов представил военному министру Барклаю-де-Толли собственные разработки, опережавшие своё время.
«Гранатная картечь» для осадной артиллерии: По сути, бомба-матрешка. В корпус большой бомбы помещались малые гранаты, начиненные либо картечью, либо зажигательной смесью. При взрыве основной бомбы гранаты разлетались и детонировали самостоятельно, создавая каскадный поражающий эффект.
«Картечная граната» для полевой артиллерии: Именно здесь Дивов предложил решение, конкурирующее со шрапнелью. Его снаряд имел принципиально иную и более совершенную конструкцию.
Почему граната Дивова была лучше?
Первыми испытания назначили картечным гранатам, так как их проще было изготовить. Дивову пришлось делать это за свой счет. На первых испытаниях весной 1812 года была отмечена слабость конструкции, снаряд разлетался при ударе о землю. Павел Гаврилович укрепил конструкцию и увеличил количество пуль до 60. Испытания показали: картечной гранатой можно стрелять на дистанцию ядра, при этом можно вести огонь из-за укрытий, но требовались и доработки в отношении убойной мощи и прочности корпуса. Дивов предложил опробовать новую гранату большего калибра, вмещавшую до 100 пуль весной 1813-го.
Снаряд Шрэпнела представлял собой бомбу, начиненную пулями и порохом. Внутрь бомбы вставлялась самшитовая трубка с запалом. Длина трубки зависела от дальности стрельбы — чем дальше цель, тем длиннее трубка. На трубках были деления, отмечавшие секунды горения. Расчет орудия должен был аккуратно отпилить трубку нужной длины, а после забить в снаряд. Если артиллерист оказывался неаккуратен, могла произойти незапланированная детонация. Шрэпнел решил эту проблему, выпуская коробки с трубками различной длины. Это снизило раннюю детонацию до 8%. У Французов не получалось скопировать снаряд Шрэпнела долгое время, хотя они и заполучили оригинальный образец. Столкнувшись с убийственной мощью шрапнели, французские солдаты прозвали ее черным дождем.
Граната Дивова имела более сложное устройство. Пули не засыпались вместе с порохом и помещались в специальный жестяной стакан объемом до 70 пуль, в который вставлялась деревянная трубка. Стакан был в огнеупорном холщевом чехле. После в гранату засыпался порох через особое отверстие, которое после завинчивали медным винтом. В конце деревянную трубку снаряжали запалом, который соприкасался одним концом с порохом.
Военно-ученый комитет, проводивший испытания, вынес свое заключение для военного министерства в ноябре 1813 года. Члены комитета отметили, что картечная граната имела большую дальность, позволяла вести огонь с закрытых позиций и по частично закрытым целям. Гранаты можно было наполнить зажигательной смесью вместо картечи.
Тем не менее специалисты комитета посчитали, что производство подобного снаряда будет дорогим, а изготовление сложным. Также комитет ошибочно посчитал, что пули имеют слишком большое рассеивание, так как летят во все стороны. Ошибка состоит в неправильно проведенном эксперименте, во время которого над манекенами взрывали статично установленную гранату, вместо того чтобы сделать как Шрэпнел, стреляя из орудия. Комитет просто не учел, что пули будут иметь направление полета снаряда. При этом за счет наличия внутреннего стакана пули в гранате Дивова летели бы кучнее шрэпнелевых.
Военно-ученый комитет предложил императору решить судьбу снаряда Дивова и изобретения Шрэпнела. Если бы Александр I утвердил принятие на вооружение нового снаряда, то русская артиллерия имела бы самую убойную картечь во время Заграничного похода. Но война с Наполеоном уже почти закончилась, денег на производство сложного снаряда не было, сыграла свою роль и окрепшая уверенность военных в превосходстве русского оружия над любым другим. А это значит, что в совершенствованиях нет необходимости.
Но П. Г. Дивов не сдавался, как и Г. Шрэпнел. Павлу Гавриловичу удалось добиться продолжения испытаний в 1828 году. В этот раз картечные гранаты Дивова пытались совместить с ракетами, но большей информации об этих опытах не имеется. В конце концов картечные гранаты, похожие на снаряды Шрэпнела, были приняты на вооружении только в 1840-м, в то время как в Англии велись разработки более совершенных шрапнельных снарядов.
