Игорь Дьяконов: как советский лингвист на фронте узнавал все секреты пленных немцев

Игорь Дьяконов в совершенстве владел многими языками, однако на войне, в первую очередь, был необходим немецкий. Будущий ассиролог с мировым именем участвовал в допросах пленных гитлеровцев. Но однажды в руки советских солдат попал очень молчаливый немецкий майор. Дьяконов сумел разговорить и его.

«Очкариков не надо!»

Игорь Михайлович Дьяконов родился в 1915 году в Петрограде. Однако, как пишут в издании «Российская академия естественных наук» А.И. Мелуа и О.Л. Кузнецов, начальное образование Дьяконов получил в Норвегии. И это неудивительно — отец будущего ученого служил в советском торгпредстве. Игорь быстро освоил норвежский, а затем немецкий и английский языки. Вернувшись на родину, Дьяконов окончил исторический и филологический факультеты Ленинградского университета, изучал идиш, арабский, древнегреческий и другие языки. Параллельно Игорь Михайлович работал, заведовал отделом Древнего Востока Государственного Эрмитажа.

Великая Отечественная война прервала успешно начавшуюся научную карьеру молодого сотрудника Эрмитажа. Как писал в своей «Книге воспоминаний» сам Игорь Дьяконов, который был признан непригодным к службе в армии по зрению, в начале войны он и его коллеги занимались спасением наиболее ценных коллекций музея. Когда работа кипела вовсю, Дьяконов записался в ополчение, но ему заявили: «Очкариков не надо!». Вскоре на направлении Игоря Михайловича появилась надпись: «Демобилизовать». Впоследствии, в связи с тем, что Дьяконов владел немецким языком, его зачислили в разведотдел. Но востоковеда попросили и оттуда. Дело в том, что Дьяконов был сыном «врага народа» — его отца репрессировали и расстреляли.

Метод Дьяконова

Тем не менее, по утверждению Владиславы Ждановой, автора книги «Нашим оружием было слово: переводчики на войне», Игорь Дьяконов, как и многие выпускники вузов со знанием иностранных языков, все же попал на фронт в качестве переводчика. Известный ассиролог оказался на Карельском фронте, работал в редакции газеты «Солдатенфронт», участвовал в допросах пленных. В конце 1943 года в руки советских солдат угодил вражеский майор. Немец был высоким и крепким. Он наотрез отказывался говорить, и даже физическое воздействие не приносило результатов. Майор лишь презрительно смотрел на всех и не произносил ни слова. Тогда и решено было пригласить для беседы с пленным Игоря Дьяконова.

В первую очередь Дьяконов спросил у немца, кем тот был до войны. Майор очень удивился, когда услышал чистую немецкую речь. Оказалось, что гитлеровец, как и Игорь Михайлович, получил филологическое образование. Как пишет Владимир Малышев в своей книге «Мифы и загадки нашей истории», узнав о том, что немец изучал язык времен готов, переводчик пошел на хитрость. Он вспомнил о рукописи из библиотеки отца, где было записано стихотворение готских времен. Эта рукопись никогда не публиковалась, а потому о ее существовании знали лишь несколько узких специалистов во всем мире. Когда Дьяконов принялся декламировать стихи, верзила восхитился и «сломался».

Комендант-ассиролог

Через несколько месяцев после допроса Игорь Дьяконов оказался в ставшей в некотором смысле для него уже родной Норвегии — он участвовал в Петсамо-Киркенесской наступательной операции советских войск. Если верить Григорию Севостьянову, автору издания «Портреты историков», Дьяконов стал заместителем коменданта Киркенеса, а фактически комендантом норвежского города. По словам Севостьянова, жители Киркенеса сохранили о нем благодарную память, сделали его почетным гражданином города и впоследствии неоднократно принимали у себя как почетного гостя. В Киркенесе война для Дьяконова и закончилась.

В 1946 году Игорь Михайлович был демобилизован и занялся преподавательской деятельностью в Ленинградском университете. Однако трудности только начинались. Дьяконов вспоминал, что в 1950 году по доносу студентки Блюмгардт кафедру закрыли за сионизм, потому как там, кроме прочего, преподавался древнееврейский язык. Дьяконова уволили, и он вернулся в Эрмитаж. Тем не менее ученый не отступил от научных изысканий, и вклад знаменитого востоковеда в науку трудно переоценить. Заслуги Дьяконова признавали и за рубежом, называя его исследователем, который «в одиночку возродил ассириологическую науку в Советском Союзе». Он был членом многих научных сообществ США и Европы.