12/01/26

«Гений аферы»: тайна гибели самого молодого российского олигарха Ильи Медкова

Он был первым. В 23 года — самым молодым советским миллионером, в 26 — одним из богатейших людей России с состоянием в $600 млн. Илья Медков, неудавшийся студент-химик и журналист, за три года создал империю из банков, нефтяных компаний и СМИ. Его называли финансовым гением, а он сам считал бизнес-войной. Играя с государством на грани фола, он выигрывал, пока одна из самых дерзких афер не привела его к ступеням собственного бронированного Mercedes, где его ждала пуля снайпера.

Карьера длиною в три года: от водителя до хозяина ТАСС

Путь Медкова — квинтэссенция лихих 90-х. Отчисленный из МГУ за неуспеваемость, он начал с должности водителя у первого советского миллионера Артёма Тарасова. Но хаос распада СССР был его стихией. Уже в 1990-м он с партнёром создаёт кооператив «Прагма», сколотив состояние на торговле компьютерной техникой.

Его гений был в скорости и связях. Он одним из первых понял ценность бывших партаппаратчиков, наняв десятки экс-чиновников. К 1992 году, когда команда Чубайса только готовила приватизацию, под контролем Медкова было уже 10% всех сырьевых поставок страны. Он создал «Прагма-банк», скупал нефтяные компании и... информационное агентство ИТАР-ТАСС.

Афера века: как купить ТАСС и обрушить биржи

Владение главным новостным агентством страны натолкнуло Медкова на гениальную в своей дерзости идею. «Они все у меня на зарплате сидят, и я теперь могу сообщать миру любую информацию», — хвастался он Тарасову.

Его план был прост и глобален: вбросить через ТАСС фальшивую сенсацию (например, о смерти Ельцина), дождаться паники на западных биржах, скупить обвалившиеся акции и заработать миллионы до официального опровержения. Это была попытка стать богом финансовых рынков.

Одну из таких афер он провернул. В один день мировые СМИ получили из ТАСС сообщение об утечке радиации на Ленинградской АЭС. Пока в Москве готовили опровержение, Медков по бросовым ценам скупал акции скандинавских компаний. Афера удалась.

Игра с огнём: фальшивые авизо и гнев Кремля

Успех вскружил голову. Медков перешёл к прямому мошенничеству: с помощью фальшивых мемориальных ордеров вывел из Центробанка 10 млрд рублей (огромные по тем временам деньги), увлёкся аферами с фальшивыми «чеченскими авизо».

«Банные девы»: чем они занимались в русской парной

Власти попытались остановить его, арестовав 4 млрд на счетах. Но Медков выиграл суд у Центробанка, вернув почти всю сумму. «Его жизнь под угрозой, — предупредил тогда Тарасов. — Власти такого нахальства не простят».

Выстрел у «Мерседеса»: нераскрытое убийство

Летом 1993 года Медков был на пике. Он спонсировал арт-галереи, вёл переговоры о выставках в Париже. Но из силовых структур ему поступило предупреждение: арест назначен на 18 сентября. Недолго думая, бизнесмен приобрел билет в Париж с вечерним вылетом 16 сентября. Однако что-то помешало Медкову покинуть страну в тот день. По каким-то причинам до полуночи он просидел в своем офисе. Но едва Илья показался на улице как споткнулся о ступеньки и распластался буквально перед открытой дверью своего бронированного мерседеса. Его сразила пуля снайпера.

Илью срочно доставили в реанимацию Боткинской больницы, где он, не приходя в сознание, скончался ближе к полудню 17 сентября. Судмедэкспертиза показала, что всего в Медкова в течение 10 секунд было выпущено три пули: две из них попали в печень и живот, третья – в голову. Шансов выжить у пациента не было никаких. Как установило следствие, киллер стрелял из вентиляционного окошка с пятого этажа дома, расположенного напротив входа в офис бизнесмена. Стрелок бросил винтовку там же на лестничной площадке и незамеченным покинул здание.

До настоящего времени дело об убийстве Ильи Медкова так и остается нераскрытым. И вряд ли кто-то сможет пролит свет на эту историю. Сегодня мало кто вспоминает имя Ильи Медкова, которое давно заслонили другие акулы бизнеса лихих девяностых. «До сих пор я уверен, что российская земля породила только двух предпринимателей такого масштаба: одного реального — Илью Медкова, а другого литературного — Остапа Бендера», – высказался  впоследствии о своем коллеге Артем Тарасов.