Этот вопрос — не праздное любопытство дилетанта. Его всерьёз обсуждали крупнейшие советские этнографы. Заслуженный исследователь обско-угорских народов Зоя Соколова прямо признавала: «Вопрос о самих хантах и манси — о различиях и сходстве в их культуре, степени этих различий: это два народа, или один, или несколько?». Ещё в начале 1960-х Борис Долгих высказывал мнение, что «существующее деление на хантов и манси очень условно». И для этого были основания: архивные материалы XVII века фиксировали сильную смешанность многих групп обских угров.
Но при всей исторической запутанности ответ на вопрос «чем отличаются» существует. И лежит он не в одной плоскости, а сразу в нескольких — от языка до хозяйственного уклада.
Языки: дальше, чем кажется
Первое и, пожалуй, главное отличие — языковое. Хантыйский и мансийский относятся к угорской подветви финно-угорских языков, но лингвисты рассматривают их как совершенно самостоятельные языки. Родство с венгерским у обоих очень отдалённое, а между собой ханты и манси практически не понимают друг друга.
Более того, современные исследования показали удивительную вещь. Мансийские диалекты ещё в конце XVIII века были достаточно близки между собой — настолько, что носители разных говоров могли друг друга понимать. А вот хантыйские диалекты уже тогда были далеки друг от друга, как отдельные языки. Глоттохронологические расчёты показывают: расхождение предков современных казымских и ваховских хантов можно датировать началом первого тысячелетия нашей эры. Различия между ними больше, чем между любыми славянскими и даже тюркскими языками (кроме чувашского).
Иными словами, хантыйский — это скорее группа близкородственных языков, чем единый язык. Неудивительно, что хантыйский язык известен своей «необычайной диалектной раздробленностью». Мансийский в этом смысле куда более монолитен.
География: запад и восток
Второе отличие — территориальное. Традиционно манси живут западнее хантов — по обе стороны Уральского хребта, в основном по рекам Сосьве, Сыгве, Лозьве. Ханты же расселены восточнее, в Западной Сибири, в бассейне Средней и Нижней Оби с притоками.
Это разделение не случайно. Оно отражает разные миграционные пути угорских племён в древности. Предки хантов, по всей видимости, уходили на север по Иртышу и Оби, смешиваясь с аборигенным населением таёжной зоны. Предки манси двигались на запад, к Уралу и за него, где также сливались с местными племенами охотников и рыболовов.
Хозяйство: рыболовы против охотников
Третье отличие — хозяйственно-культурное. И оно принципиально.
В традиционном хозяйстве манси преобладала охота на копытных — лося, дикого оленя. Рыболовство тоже играло важную роль, но не было ведущим. Ханты же, напротив, отличались развитым рыбопромыслом и ограниченными масштабами охоты на копытных.
Эта разница видна даже в одежде. Енисейская летопись чётко разграничивала: «Остяки же одежду имеют из рыб, самоздь же от оленей». Ханты — «рыболовы-собаководы», осваивавшие оптимальную для их хозяйственного комплекса экологическую зону вдоль Оби. Манси — таёжные охотники, ближе к промысловому укладу предуральского типа.
Разумеется, это обобщение. Северные группы и тех, и других занимались оленеводством. Но ядро традиционной экономики различалось.
Брачные связи: закрытые миры
Четвёртое отличие — эндогамия. Это, пожалуй, самый весомый аргумент в пользу того, что ханты и манси — действительно два народа.
Анализ брачных связей с конца XVIII по начало XX века показывает: эндогамный ареал восточных хантов почти монолитен — на 92,5% закрытый относительно северных хантов и лишь частично открытый в сторону южных. Доля браков сургутских хантов с хантами других групп не превышает 3%.
У манси картина иная — они были более открыты для контактов с соседями. Но в целом браки между хантами и манси заключались редко, и то лишь в близкородственных группах северных территорий.
Имена, которые мы знаем и не знаем
Наконец, пятое отличие — в названиях. До революции хантов называли остяками, манси — вогулами. Эти этнонимы имели сложную историю: «остяками» именовали не только хантов, но и селькупов, кетов, барабинских татар, а иногда и некоторые группы манси.
Сами ханты называли себя «кантах», «ханты» — «народ», «человек». Манси — «маньси», также «люди». Этноним «манси» был известен уже в XIX веке, а «ханты» утвердился лишь в советское время, после образования Ханты-Мансийского округа.
Заключение
Ханты и манси — не просто два названия одного народа. Это два близкородственных, но самостоятельных этноса, разделённых языком, территорией, хозяйственным укладом и брачными традициями. Их общность — в древнем угорском корне, восходящем к эпохе бронзы и железа, когда культуры, лёгшие в основу обоих народов, начали расходиться.
Сходство, которое мы видим сегодня — в орнаментах, мифологии, почитании медведя, — это наследие той общей угорской древности. А различия — следствие разных дорог, которые эти два народа прошли в сибирской тайге.
