Открывая в 1940-х мемуары Гейнца Гудериана, «отца немецких танковых войск», советские офицеры испытывали странное дежавю. Целые страницы, посвящённые теории глубоких прорывов, казались знакомыми до боли. И неспроста — они почти дословно повторяли труды забытого советского военного теоретика, комбрига Георгия Иссерсона, чьи идеи легли в основу тактики блицкрига, обрушившейся на СССР 22 июня 1941 года.
Пророк из Каунаса, который изобрёл «блицкриг»
Георгий Иссерсон, сын врача, прошедший Первую мировую и Гражданскую войны, в 1930-е возглавлял Оперативный факультет Военной академии РККА. Его главной задачей было найти ответ на кошмар Первой мировой — позиционный тупик окопной войны .
Ответом стала революционная «теория глубокой наступательной операции». Иссерсон предложил не прогрызать линию фронта, а взламывать её одновременным ударом танковых клиньев, авиации и моторизованной пехоты с массовой высадкой десантов в глубоком тылу врага. Это была детальная инструкция по молниеносной войне, написанная за годы до того, как она получила название «блицкриг» .
Как идеи Иссерсона обогатили вермахт
Работы Иссерсона и его коллег (Триандафиллова, Калиновского) быстро стали предметом изучения за рубежом, особенно в Германии, жаждавшей реванша. В 1935 году немецкий военный журнал Militär-Wochenblatt хвалил Иссерсона за «новизну идей». Сам теоретик позже с горькой иронией отмечал, что его взгляды нашли «созвучие в германской фашистской военной печати» .
Судьба распорядилась так, что именно в Третьем Рейхе теория Иссерсона нашла практическое воплощение при планировании операций Вермахта.
«Гудериан, создавая немецкий вариант теории глубинных операций, скопировал многие положения советских военных теоретиков и, прежде всего, Иссерсона. Разумеется, без ссылки на исследование Георгия Самойловича» .
В 1940 году Гудериан распорядился перевести на немецкий язык книгу Иссерсона «Новые формы борьбы». Примечательно, что нацистского военачальника совершенно не смущало еврейское происхождение автора .
Совершенно иначе обстояло дело в Советском Союзе. Когда в 1937 году был расстрелян маршал Тухачевский, созданную его соратниками «теорию глубоких операций» в верхах Красной Армии объявили «теорией глубокого предательства» .
Неуслышанный пророк
Ещё до начала Второй мировой войны Георгий Иссерсон рассуждал о ней так, как будто наблюдал воочию.
«Одна наша западная граница имеет протяжение в 3000 км, и вся она – от берегов Северного Ледовитого океана до Чёрного моря – угрожаема в случае интервенции, — писал военный теоретик. — Несомненно, никогда ещё стратегия не стояла перед таким огромным пространственным размахом возможного сплошного фронта борьбы» .
Когда война началась, Иссерсон тщательно исследовал ход немецкой кампании в Польше. В своей последней книге он предсказывал, что атакующая сторона и дальше будет придерживаться стратегии «блицкрига» — т. е., сосредоточив технику и авиацию, в первый же день бросит их для нанесения рассекающих сокрушительных ударов. Кроме того, Иссерсон говорил, что война начнётся без предупреждения, а времени на мобилизацию и планомерные действия у обороняющейся стороны не будет. Однако в Красной Армии предостережения проигнорировали. Например, генерал-лейтенант Кленов считал, что СССР не повторит ошибок «зазнавшейся» Польши .
«На оценки и выводы Иссерсона высшее военное командование не обратило внимания. Это был один из очень печальных отечественных примеров игнорирования очень важных достижений военной науки», — отмечает доктор исторических наук Андрей Кокошин .
Что именно скопировал Гудериан
Степень заимствования впечатляет. Иссерсон описал не просто общие принципы — он дал конкретную механику блицкрига, которую вермахт применил в 1939–1941 годах.
Вот характерный фрагмент из «Новых форм борьбы»: «Война вообще не объявляется. Она просто начинается… Мобилизация и сосредоточение войск относятся не к периоду наступления состояния войны, а незаметно, постепенно проводятся задолго до этого… И пока одна сторона остаётся в этом сомнении, другая, твёрдо решившая на выступление, продолжает сосредоточение, пока, наконец, на границе не оказывается огромная вооружённая сила. После этого остаётся только дать сигнал, и война сразу разражается в своём полном масштабе» .Это описание — почти буквальный сценарий 22 июня 1941 года.
Плагиат или совпадение?
Современные западные исследования осторожнее в оценках роли Гудериана. Американский военный историк отмечает: «Гудериан играл незначительную интеллектуальную роль в создании бронетанковых сил и связанной с ними доктрины, несмотря на последующие утверждения об обратном. Фактически Гудериан позже заявил об авторстве практически всех инноваций и достижений» .
Иными словами, Гудериан и сам был не столько создателем, сколько популяризатором и плагиатором. Его книга «Внимание, танки!» (1937) излагала доктрину, разработанную другими — и, как теперь выясняется, во многом заимствованную из советских источников.
Ирония судьбы
Самая горькая ирония этой истории в том, что идеи Иссерсона, отвергнутые в СССР как «вредительские», вернулись на родину в виде немецких танковых клиньев. Теория, которая должна была защитить страну, была использована для её уничтожения.
Сам Иссерсон был арестован в начале июня 1941 года — за несколько дней до того, как его предсказания сбылись в точности. По одной из версий, поводом стали его слова о том, что если бы учли хотя бы часть его рекомендаций, немцы не продвинулись бы дальше Минска .
Он пережил войну, был реабилитирован, но так и не увидел свою теорию в действии — на своей стороне.
Заключение
Георгий Иссерсон не был «учителем» Гудериана в прямом смысле. Но его теоретические разработки — теория глубокой наступательной операции — легли в основу той самой тактики, которую вермахт применил против СССР. Гудериан перевёл его книгу на немецкий, изучил её и использовал без ссылок на автора.
Это не история о предательстве или шпионаже. Это история о том, как военная мысль не знает границ — и о том, как страна может проигнорировать собственное интеллектуальное оружие, которое затем обратится против неё.
