Как убивший швейцарского авиадиспетчера Виталий Калоев оказался среди ополченцев Южной Осетии в 2008 году

Ополченцем Виталия Калоева назвали журналисты, причем сначала российские, а затем уже западные. Между тем сам он никогда не говорил, что воевал против Грузии с оружием в руках.

Непростивший

Многие отечественные и западные журналисты лично встречались с Виталием Калоевым. Примечательно, что с одними из них Калоев, ставший знаменитым на весь мир после убийства авиадиспетчера швейцарской фирмы Skyguide Петера Нильсена, говорил охотно, с другими же беседовать отказывался наотрез. Репортер «Аргументов и фактов» Владимир Кожемякин оказался в числе первых. «АиФ» опубликовал и его материал, основанный на личном общении автора с известным осетином, и фото Калоева с осетинскими ополченцами.

Последний поведал Кожемякину свою историю до возвращения домой из швейцарской тюрьмы и назначения заместителем министра архитектуры и строительства Северной Осетии. В 2002 году в авиакатастрофе над Боденским озером, когда в небе столкнулись Ту-154 и «Боинг-757», погиб 71 человек, в том числе 52 ребенка. Калоев потерял всю семью – жену и двух малолетних детей, сына и дочь. Он рассказал корреспонденту «АиФ», как требовал извинений от представителей швейцарской авиакомпании, но те не желали признавать себя виновными даже спустя год после трагедии. Когда же Виталий пришел домой к Петеру Нильсену (он в момент катастрофы был за диспетчерским пультом и согласно результатам расследования допустил ошибку, приведшую к аварии), тот, по словам Калоева, не стал его слушать и оттолкнул протянутые им фотографии семьи, теперь уже потерянной по вине нерадивого швейцарца. И тогда Калоев нанес Нильсену свыше 10 ударов перочинным ножом.

Швейцарский суд приговорил Калоева к 8 годам тюрьмы, из которых тот отсидел всего два года. Вскоре после того, как Виталий вернулся во Владикавказ, его, в прошлом высококвалифицированного архитектора и строителя, руководство республики назначило заместителем министра архитектуры и строительства Северной Осетии. На этой должности Калоев и проработал до пенсии.

Воевал ли он в Южной Осетии?

Грузино-осетинский военный конфликт в августе 2008 года продолжался всего несколько дней, с 8 по 11 августа. Примечательно, что в день, когда Калоева в поселке Джава заметили среди ополченцев Южной Осетии (об этом, в частности, 9 августа сообщили «Интерфакс» и НТВ), с ним виделись репортер «АиФ» Владимир Кожемякин (который ездил с замминистром в Джаву) и корреспондент немецкого издания Die Zeit Эрих Кох. Немец в отличие от Кожемякина до глубокой ночи ждал Калоева у него дома, беседуя с сестрой Виталия Зоей.

Кожемякин предельно четко объяснил, зачем Виталий Калоев ездил в Южную Осетию на своей служебной «Волге», а именно: возил осетинским ополченцам продукты и медикаменты. На снимках журналиста «АиФ» видно, что Калоев беседует с ополченцами, в том числе с президентом республики Эдуардом Кокойты. Герой репортажа Кожемякина был в гражданской одежде, без оружия и не выказывал никакого намерения взять автомат в руки.

Большой материал Эрика Коха в Die Zeit, опубликованный после кратковременной встречи с Калоевым (она состоялась ночью 9 августа 2008 г.), назывался «Sein ist die Rache» (дословный перевод – «Быть - значит мстить»). Собственно встрече с главным героем журналист посвятил всего лишь несколько предложений, так как Калоев после приезда домой из Джавы с Кохом разговаривать не стал. Кох подробно описал позднее возвращение Калоева и радость встречи с родными, на этом многостраничный материал заканчивался. Сама же статья представляла собой эмоциональное воспроизведение истории вдовца, перемежающееся репликами его родственников. Кох общался с сестрой замминистра Зоей, которой периодически из Москвы звонил старший брат Виталия Юрий Калоев (спрашивал, не приехал ли еще Виталий). К тому же в самом начале статьи автор уверял, что Калоев «участвует в войне с Грузией», «поехал на войну».

Ополченцем Виталия Калоева также назвал ведущий телеканала НТВ Алексей Пивоваров в субботнем сюжете «Добровольцы рвутся в бой» от 9 августа 2008 года. Пивоваров, кстати, подчеркнул, что «с журналистами Калоев не общается». «Одним из ополченцев» в тот же день окрестили замминистра Северной Осетии и в заметке «Интерфакса», в которой тоже было упомянуто о «закрытости» его для прессы.

«Брат действительно был в этот день в Южной Осетии», – подтвердил изданию «Труд» Юрий Калоев. – «Но – по служебным делам, связанным со строительством Зарамагской ГЭС».

За несколько дней до 60-летия и выхода на пенсию Виталия Калоева наградили медалью «Во славу Осетии», особо отметив, что его удостоили этой чести не за боевые заслуги (как уточнили для «Комсомольской правды» в североосетинском правительстве), а благодаря тому, что Калоев очень много сделал для Северной и Южной Осетии в плане строительства: руководил федеральными и международными проектами, участвовал в возведении ряда зданий, являющихся гордостью республик, – владикавказской телебашни, Кавказского музыкально- культурного центра им. Валерия Гергиева, цхинвалского Дворца спорта и многих других объектов.