Судьба жены атамана Махно

Галина Кузьменко – последняя женщина в жизни Нестора Махно. Боевую подругу батьки, говорят, побаивались даже сами махновцы. Наравне с мужчинами она ходила в атаку, стреляла из пулемета и рубила саблей.

Матушка

С Нестором Махно Галина Кузьменко (по паспорту Агафья) познакомилась в Гуляйполе, в то время одном из главных центров повстанческого движения на Украине, где работала учительницей 4-х классов в местной земской школе. В 1918 году они связали себя узами законного брака.
У молодоженов казалось было мало общего: она высокая, красивая, интеллигентная – он маленький, невзрачный, грубоватый. Галина была убежденной сторонницей самостийности, активно отстаивая права Украины на самоопределение. Соратник Махно Виктор Белаш характеризовал ее также как «неутомимую защитницу женщин». Осенью 1919 года активистке доверили пост председателя Союза учителей махновской республики, где она пыталась украинизировать все делопроизводство повстанческой державы.
Но эта интеллигентная, высокообразованная, носящая пенсне женщина могла выражать себя не только через общественную работу, но и с помощью оружия, как и любой другой махновец. Очевидцы рассказывают, когда в ставке Махно узнали о расстреле отца Галины красноармейцами, она, не раздумывая, отправилась мстить.
Прибыв в родное село, Галина разыскала соседку, которая выдала красным ее отца и с плеча рубанула предательницу саблей по шее. После этого эпизода махновцы стали почтительно именовать подругу батьки «матушкой». Впрочем, впоследствии Галина опровергала свое участие в махновских карательных операциях. Более того, она нередко конфликтовала с мужем после бесчинств, которые чинили его подопечные.

Вдали от родины

Летом 1921 года Галина вместе с Нестором навсегда покидает Украину. Сначала они бежали в Румынию, затем в Польшу. Накануне побега Махно получил тяжелое пулевое ранение в затылок. Врачи не давали ему шансов на выживание, однако заботливая супруга сумела выходить находящегося на грани жизни и смерти мужа. Именно в этот тяжелый период на свет появляется единственный ребенок Галины и Нестора – дочь Елена.
В конце сентября 1923 года на долю семейной четы Махно выпадает еще одно испытание: их арестовывают польские власти по обвинению в подготовке восстания в Галиции и попытке создания там анархического советского государства. Впрочем, за недостаточностью улик суд был вынужден вынести оправдательное решение.
В 1924 году семья перебирается в Германию, а затем оседает во Франции, в тесной однокомнатной квартирке парижского пригорода Венсенна. В это время серьезно ухудшаются отношения Нестора и Галины. Как свидетельствуют очевидцы, жена не пропускала ни одного случая, чтобы в обществе поиздеваться над мужем. Так, в отношении одного упоминаемого в разговоре военачальника она якобы произнесла: «Вот, настоящий генерал, не то, что Нестор!».
Автор мемуаров о батьке Махно в прошлом его сподвижница Ида Мэтт отмечала, что Галина и Нестор неоднократно сходились и расходились, они не походили друг другу ни морально, ни физически. Наконец, в 1927 году пара развелась.
В этот период у легендарного командира стал прогрессировать туберкулез, который впервые обнаружился еще в двадцатилетнем возрасте. Теперь болезнь с легких перекидывалась на кости. Галина как мола поддерживала угасающего с каждым годом мужа. Незадолго до смерти она навестила его в больнице: «Он был уставший, измученный, ослабевший. На мой вопрос: „Ну как?“ — ничего не ответил, только из глаз покатились слезы», – вспоминала впоследствии Кузьменко. Умер Махно 6 июля 1934 года в Париже. Ему было всего 45.

Возвращение

Галина не сложила руки. Спустя три года она открывает в Париже собственный продуктовый магазин, возможно на средства, оставленные ей мужем. Однако ее предприятие просуществовало всего год, понеся серьезные убытки. В дальнейшем Галине, чтобы содержать себя и дочь, пришлось перепробовать множество специальностей: она была уборщицей, прачкой, кухаркой, и даже работала в сапожной мастерской.
Какое-то время Кузьменко бесплатно проработала в парижском Союзе украинских граждан, который финансировало советское правительство. Видимо женщина рассчитывала таким способом вернуться на родину, однако вскоре организацию прикрыли.
Окончательно подорвав здоровье, Галина была признана нетрудоспособной и смогла рассчитывать на пособие. Однако после вторжения во Францию гитлеровских войск оккупационные власти лишили ее пособия, и чтобы хоть как-то подзаработать она вместе с дочерью решила переехать в Берлин. Это случилось незадолго до нападения Германии на СССР.
После мая 1945 года Галина, имея возможность уйти в западную зону оккупации, решила остаться в восточном Берлине, надеясь, что с советскими войсками вернется на любимую Украину. В Киев она все-таки попала, но как обвиняемая по делу участия в вооруженной борьбе против Красной Армии в период Гражданской войны. В столице советской Украины ей вынесли окончательный вердикт: за причастность к махновскому движению и ведение антисоветской деятельности в эмиграции она была приговорена к десяти годам лишения свободы.
Ее отправили отбывать наказание в мордовский Дубравлаг, дочь Елену на пять лет сослали в казахстанский Джамбул. В лагере Галина Кузьменко просидела до 1954 года и была освобождена после хрущевской амнистии. За 8 лет лагерной жизни эта красивая и статная женщина утратила былой шарм, превратившись в сгорбленную под ношей прожитых годов старушку.
Остаток своей жизни она провела с дочерью в Джамбуле, где до пенсии трудилась на хлопчатобумажном комбинате. Там же она и умерла в 1978 году. Галине Кузьменко все же удалось осуществить мечту своей жизни и вырваться в Гуляйполе. Говорят, что боевая подруга Нестора Махно произвела на бывших односельчан неизгладимое впечатление.