Вьетнамская война — одна из самых изученных, но и самых мифологизированных страниц Холодной войны. Один из главных мифов: СССР и Вьетнам действовали как единый слаженный механизм. На самом деле советским военным советникам приходилось воевать не только с американской авиацией, но и с бюрократией, подозрительностью и откровенным саботажем со стороны «вьетнамских товарищей».
Нет противника страшнее, чем союзник...
Главная задача советских военных в Индокитае с 1965 года — не воевать, а учить вьетнамцев обращаться с новейшими ЗРК. Однако отношения с самого начала складывались напряженно. Вьетнамцы, прошедшие почти тысячнолетнюю вассальную зависимость от Китая, встретили советских специалистов настороженно. Их впустили в страну, но пальцем к ним прикасаться не давали: повсюду казалось, что за советскими офицерами следят, а к местному населению им запрещалось подходить даже с бытовыми вопросами.
Быт советских военных советников был сущим адом: +60 в тени при стопроцентной влажности, нехватка воды, отсутствие элементарной гигиены. Но это были «мелочи» по сравнению с тем, что творилось на уровне местных властей.
Война за трофеи
Самый яркий пример скрытого саботажа — «трофейная охота». По договоренности, советские специалисты имели право вывозить из Вьетнама обломки американской техники для изучения. Это было необходимо СССР: в обмен на ЗРК Москва получала доступ к новейшим американским секретам.
На практике все оказалось иначе. Вьетнамские власти под разными предлогами скрывали места падения, затягивали поездки, а когда советские специалисты прорывались к обломкам — те оказывались «пустыми». Все ценное оборудование уже было снято, чаще всего — китайцами. Вьетнамцы отдавали приоритет Пекину, потому что Китай кормил голодающую страну, а ссориться с ним было смертельно опасно.
Советским специалистам приходилось действовать в обход официального Ханоя. Они договаривались с местными властями, которые понимали реальную роль СССР в обороне страны, и те закрывали глаза на «контрабанду» деталей. В результате, несмотря на все препоны, из Вьетнама удалось вывезти сотни образцов техники — половину из них «в обход» официальных каналов.
Офицеры под колпаком
Советским офицерам категорически запрещалось носить военную форму, фотографироваться, общаться с населением без специального разрешения. За ними следили: подслушивающие устройства в казармах — обычная практика. А вьетнамские чиновники намеренно затягивали визы, не давали разрешений на выезд в увольнение, отказывали в контактах с местными даже по служебным вопросам.
При этом вьетнамцы отлично понимали, что без советских ЗРК их страна была бы стерта с лица земли американской авиацией. Парадокс заключался в том, что официальный Ханой боялся Москвы почти так же, как и Вашингтона, но при этом не мог без нее выжить.
Советские военные специалисты сделали для победы Северного Вьетнама больше, чем любая другая союзная держава. Но им пришлось воевать не только с американцами, но и с собственной бюрократией, тропическим климатом, а главное — с подозрительностью и скрытым противодействием «вьетнамских товарищей», которые, спасая свою страну, предпочитали иметь дело с Китаем, даже ценой предательства интересов СССР.
