Русский человек за границей часто искренне хочет как лучше. Уступить место пожилому человеку, подать руку женщине, угостить попутчика конфетой — что в этом плохого? В России такие поступки считаются едва ли не обязательными. Но за пределами нашей страны тот же самый жест доброй воли может быть воспринят с недоумением, обидой или даже откровенной враждебностью. И дело здесь не в злом умысле, а в пропасти между культурными кодами, которую мы порой не замечаем.
Уважение к старшим, которое унижает
В России с детства учат уважать старших. Уступить место в автобусе пожилому человеку — норма, закрепленная на уровне неписаного общественного договора. Молодые люди встают, предлагая сесть бабушкам и дедушкам, и никто не видит в этом ничего предосудительного.
В Европе и Соединенных Штатах этот поступок, совершаемый из лучших побуждений, местные пенсионеры воспринимают как оскорбление. Иностранные пожилые люди терпеть не могут, когда им напоминают о возрасте. Для них уступленное место — не знак уважения, а публичная демонстрация их немощи и неполноценности. Европейский и американский пенсионер хочет чувствовать себя полноценным членом общества, а не объектом жалости. И когда русский турист с искренней улыбкой предлагает ему сесть, он невольно наносит удар по его самооценке.
То же самое касается помощи с тяжелыми сумками или поддержки под руку. В России это проявление заботы. За границей — вторжение в личное пространство и напоминание о физической слабости.
Галантность, которую называют сексизмом
Русский мужчина, воспитанный в традициях уважения к женщине, открывает перед дамой дверь, пропускает ее вперед, помогает надеть пальто. Его мать и бабушка учили его, что так поступает настоящий мужчина. В России такое поведение по-прежнему ценится.
Однако во Франции и Бельгии аналогичные действия могут расценить как проявление сексизма. Европейские женщины, прошедшие через несколько волн феминистского движения, видят в мужской галантности не заботу, а покровительство, подчеркивание гендерного неравенства. Для них открытая дверь — это не вежливость, а намек на то, что женщина сама не способна с ней справиться.
Русский турист, пропуская француженку вперед, искренне хочет проявить уважение. А она в ответ может обидеться и даже устроить скандал. Хорошее намерение оборачивается конфликтом, которого можно было бы избежать, если бы не разница в культурных установках.
Жесты, которые говорят на разных языках
С жестами ситуация еще сложнее. То, что у нас безобидно и привычно, в других странах может быть смертельным оскорблением.
Возьмем жест «окей» — кольцо из указательного и большого пальцев. Для русского человека это знак одобрения, согласия, всего хорошего. Во Франции этот жест интерпретируется как «ноль», и его адресуют человеку, которого считают никудышным, «полным нулем». То есть, показывая французу «окей», вы по сути говорите ему: «ты — пустое место». Неудивительно, что местные жители оскорбляются до глубины души.
В Турции этот же жест имеет еще более пикантное значение — его используют для идентификации людей нетрадиционной сексуальной ориентации. В Сирии — посылают к черту, в Тунисе — могут принять за угрозу убить. В Германии был прецедент, когда водитель показал «окей» полицейскому, и тот подал на него в суд за оскорбление. Судья, правда, разобрался в многозначности жеста и оправдал водителя, но осадочек остался.
Другой пример — поднятый вверх большой палец. Для нас это «все отлично» или знак автостопа. В Греции — призыв к тишине, буквально «замолчи». На Ближнем Востоке и в Иране это оскорбление, равносильное по смыслу среднему пальцу. В Саудовской Аравии, если покрутить большим пальцем в воздухе, собеседник решит, что его посылают к черту.
Особого внимания заслуживает греческий жест «мунца» — развернутая ладонь с растопыренными пальцами, обращенная к собеседнику. В России так иногда показывают, что хотят прекратить разговор. В Греции это серьезное оскорбление, означающее примерно «глаз выколю!» и адресуемое тем, кто совершил постыдный поступок. Иностранец, не знающий этого нюанса, может получить серьезный конфликт из-за обычного жеста.
Общение, которое душит
Русская душа требует разговора. В поезде, автобусе, очереди — мы легко заговариваем с незнакомыми людьми, делимся новостями, изливаем душу. Попутчик для русского человека — почти родственник, пусть и временный.
В Швеции такое поведение вызывает ужас. Шведы терпеть не могут, когда к ним пристают с вопросами во время поездок, и плохо переносят даже присутствие постороннего человека в непосредственной близости. Для них общественный транспорт — это пространство для личного покоя, а не для светских бесед. Русский турист, решивший «пообщаться по душам» со шведским соседом, будет воспринят как назойливый и бестактный человек.
В мусульманских странах не принято публичное проявление эмоций. Традиционные русские объятия и троекратное лобызание при встрече, которые у нас символизируют искреннюю радость, там могут шокировать местных жителей. В Японии громкий смех на людях — признак дурного тона. Японцы максимум позволяют себе сдержанную улыбку. А русская непосредственность и искренность могут быть восприняты как бескультурье и отсутствие самоконтроля.
Щедрость, которую наказывают
Русские славятся своей щедростью. Угостить соседа по парку конфетой, угостить прохожего жвачкой, покормить голубей в сквере — все это кажется нам проявлением доброты и открытости.
В Сингапуре за жевательную резинку, обнаруженную в любом виде, можно получить внушительный штраф. А кормление птиц в общественных местах там вообще запрещено. Русский турист, бросивший горсть семечек голубям на площади, может быть оштрафован и высмеян местными жителями.
Испанская ловушка: как «нет» становится оскорблением
Отдельного упоминания заслуживает гастрономический этикет. В Испании, особенно в Андалусии, гостеприимство возведено в культ. Хозяева будут кормить гостя до тех пор, пока он не лопнет, а потом дадут еду с собой.
И если русский турист, уже наевшись до отвала, скажет испанцу «no quiero» («я не хочу»), это будет воспринято как личное оскорбление. Местные жители услышат в этой фразе не вежливый отказ, а пренебрежение: «ваша еда отвратительна». Один путешественник вспоминал, как пожилая женщина в Кордове буквально схватилась за сердце, когда он сказал «no quiero» на предложение попробовать ее домашний чоризо. Ему потребовалось десять минут, чтобы объяснить, что он просто объелся, а не критикует ее кулинарные способности.
Что делать?
Совет здесь прост и сложен одновременно. Прежде чем совершить «добрый» поступок за границей, стоит задуматься: а как это поймут местные жители? То, что в России считается благородством, в другой стране может быть оскорблением.
Российский МИД даже опубликовал специальные рекомендации для туристов, призывая уважать обычаи и традиции страны пребывания, не проявлять высокомерия и не допускать оскорбительных высказываний. В исламских странах, например, не рекомендуется обращать пристальные взгляды на женщин и предлагать местным жителям блюда из свинины.
Казалось бы, простые правила. Но в них скрыта целая философия: добро не универсально. То, что хорошо в России, может быть плохо в Европе. То, что принято в Азии, шокирует на Западе.
В этом и заключается главный урок путешествий: прежде чем сделать «как лучше», узнай, что здесь считают «хорошо». Иначе вместо благодарности рискуешь получить обиду. Или штраф. Или судебный иск.
