Слово «цыгане» в обыденной речи давно перестало быть точным этнонимом. Им обозначают всех, кто ведёт кочевой образ жизни, живёт в таборах, промышляет попрошайничеством или торговлей. Но за этим привычным ярлыком скрываются совершенно разные народы. Некоторые из них не имеют ни индийских корней, ни общего языка с настоящими рома — их объединяет лишь сходный уклад, который веками вызывал у оседлого общества одно и то же подозрение.
Ениши
В Германии, Швейцарии и Австрии уже несколько столетий существует группа, которую окружающие называют «белыми цыганами». Сами они именуют себя енишами. Это не потомки выходцев из Индии, а этнические немцы, чьи предки по той или иной причине оказались вне оседлого общества.
Историки связывают появление енишей с Тридцатилетней войной (1618–1648). Когда Европу охватил хаос, множество людей лишились крова — среди них были разорившиеся крестьяне, дезертиры, бывшие солдаты. Они сбивались в группы, кочевали, промышляли мелким ремеслом и попрошайничеством. Постепенно сформировалась замкнутая общность со своим укладом и даже собственным жаргоном.
Лингвисты, изучавшие речь енишей, обнаружили в ней смесь немецкой грамматики с заимствованиями из воровского арго, еврейских и цыганских слов. Это неудивительно: кочуя по Европе, ениши неизбежно контактировали с другими маргинализированными группами.
Ениши всегда держались обособленно. Всех, кто не принадлежит к их общине, они называют «гаджо» — словом, заимствованным у цыган. Оно означает людей, лишённых «цыганского духа». Браки заключаются почти исключительно внутри группы.
Отношение властей к енишам было настороженным. В 1857 году их попытались выселить из австрийской деревни Луздорф, мотивируя это тем, что они «мешают трудящимся крестьянам». Им приписывали самые нелепые пороки — вплоть до поедания кошек и падали.
В Третьем рейхе ениши тоже подверглись преследованиям. С 1937 года их задерживали вместе с цыганами. Год спустя прошла облава в рамках акции «Избегающие работы». Многие оказались в концлагерях или были стерилизованы. Но была и важная деталь: в отличие от цыган, енишей иногда признавали «арийскими асоциалами» и отпускали — расовая теория нацистов сама себе противоречила.
Сегодня ениши — официально признанное меньшинство в Швейцарии. Государство учитывает их кочевой уклад и выделяет субсидии. Дети енишей могут учиться в любой школе, где бы их семья ни остановилась.
Пэйви
В Ирландии и Великобритании живёт другая группа, которую часто называют «ирландскими цыганами». Сами они предпочитают имя пэйви (или шельта). Их численность — около 23 тысяч в Ирландии, 15 тысяч в Великобритании и ещё около 7 тысяч в США.
Происхождение пэйви долго оставалось загадкой. Одно время считалось, что они — потомки докельтского населения острова. Генетическое исследование 2017 года показало: пэйви отделились от остальных ирландцев примерно восемь поколений назад. Это совпадает с эпохой Оливера Кромвеля (1640–1650-е), когда Ирландия была разорена войной и множество людей лишилось земли.
Традиционные занятия пэйви — изготовление посуды и торговля лошадьми. Их язык шельта представляет собой смесь английского и ирландского с собственными уникальными чертами. Даже говоря по-английски, пэйви сохраняют характерный акцент.
В массовой культуре образ пэйви запечатлён в фильмах «Большой куш» и «Шоколад» (оба — 2000 год). А самым знаменитым представителем этого народа стал боксёр Тайсон Фьюри, чемпион мира в тяжёлом весе.
Ирландское правительство в XX веке пыталось ассимилировать кочевников, но отказалось от этой идеи. В 2017 году пэйви получили официальный статус этнического меньшинства.
Откуда путаница
Ениши и пэйви — не единственные группы, которых ошибочно записывают в цыгане. Причина проста: кочевой образ жизни и внешнее сходство социального положения. Для оседлого большинства все, кто жил в кибитках, торговал на ярмарках и говорил на непонятном языке, были на одно лицо. Различия между народами стирались.
Но за этим ярлыком скрываются разные истории. Ениши — немцы, чьи предки потеряли дом в войну. Пэйви — ирландцы, чьи семьи были выброшены на обочину английским завоеванием. У них нет общих корней с рома, но есть общая судьба — быть «другими» в глазах общества.
