Вопрос звучит почти несерьезно — пока не вспомнишь, что в русской истории борода была не деталью внешности, а политическим и религиозным манифестом. За бритый подбородок в Московском царстве можно было поплатиться репутацией, а однажды — и троном. Тем интереснее посмотреть, кто из русских государей выходил к подданным с голым лицом, почему они себе это позволяли и что из этого вышло. Спойлер: безбородых монархов у нас было больше, чем кажется, но абсолютное большинство из них уместилось в один-единственный век.
Борода как государственное дело
Начнем с исходной точки. В допетровской Руси борода — признак образа Божия и обязательный атрибут православного мужчины. Стоглавый собор 1551 года прямо осудил брадобритие, приравняв его к латинской ереси: бритый человек выглядел как иноземец, а иноземец — как еретик. Царь без бороды в этой системе координат был так же немыслим, как царь без креста.
Поэтому все московские государи от Ивана Калиты до Алексея Михайловича на портретах и парсунах — бородаты. Исключения возникали только по одной уважительной причине: юный возраст.
Мальчики на троне: безбородые поневоле
Первый очевидный случай — Федор II Годунов. Сын Бориса Годунова вступил на престол в апреле 1605 года шестнадцатилетним и процарствовал меньше двух месяцев, прежде чем был убит сторонниками самозванца. Борода у него попросту не успела вырасти — как и царствование не успело начаться. Современники, впрочем, отмечали, что юноша был прекрасно образован: до нас дошла составленная при его участии карта России — случай для Московии уникальный.
Век спустя история повторится с Петром II. Внук Петра Великого стал императором в одиннадцать лет, а умер от оспы в четырнадцать, накануне собственной свадьбы. И совсем уж формальный случай — Иван VI Антонович, провозглашенный императором в двухмесячном возрасте и свергнутый годовалым. Эти государи безбороды не по убеждению, а по биологии, и потому для нашей темы они лишь пролог.
Самозванец с голым подбородком
А вот дальше начинается настоящая история. Лжедмитрий I — первый взрослый правитель на московском троне, у которого бороды не было вовсе. И современники это заметили сразу.
Иностранцы, лично видевшие самозванца, — служивший в России немец Конрад Буссов, французский капитан Жак Маржерет — оставили его описания: молодой человек без бороды, с бородавками на лице, широкоплечий и вовсе не похожий на византийский идеал государя. Для московского глаза голое лицо царя было знаком тревожным: настоящий ли это Дмитрий? Прибавьте сюда нежелание спать после обеда, польское платье и женитьбу на католичке Марине Мнишек — и станет понятно, почему безбородость самозванца легла в общую копилку народного недоверия. В мае 1606 года Лжедмитрия убили заговорщики, и на трон сел Василий Шуйский — немолодой, подслеповатый и, разумеется, бородатый. Порядок вещей восстановился.
Петр Первый: строгий счет
Тут читатель ждет главного героя — и напрасно. Петр I, обрушивший на боярские бороды ножницы в 1698 году и обложивший бородачей налогом в 1705-м, под условие нашей темы, строго говоря, не подходит. Растительность на лице у первого императора была: все прижизненные портреты — от Кнеллера до Каравака — показывают характерные небольшие усы. Бороду Петр не носил и не терпел, но выбритым «в ноль» не был никогда.
Зато именно Петр создал условия, при которых безбородые государи стали нормой. Указы о брадобритии, бородовые знаки — металлические жетоны с надписью «деньги взяты», выдававшиеся уплатившим пошлину, — все это за четверть века перевернуло представление о лице благородного человека. Дворянская Россия XVIII столетия бреется — и бреются ее монархи.
Гладко выбритый век.
Вот где искать ответ на вопрос из заголовка. XVIII век — единственная эпоха в русской истории, когда взрослые мужчины на троне не носили ни бороды, ни усов, и это считалось единственно возможным.
Петр III на всех портретах гладко выбрит — как и его кумир Фридрих Великий, как и весь европейский галантный век, где усы оставались привилегией разве что гусар и гренадер. Павел I — та же картина: чистое лицо, пудреные букли, прусская выправка. Ни одного изображения этих императоров с растительностью на лице не существует — не потому, что художники льстили, а потому, что бритье было такой же частью дворянского регламента, как шпага и парик.
Строго говоря, в этот перечень можно шутки ради вписать и четырех императриц — от Екатерины I до Екатерины II, — при которых Россия прожила большую часть столетия. Но оставим этот аргумент для викторин.
Александр I: пограничный случай
Александр Павлович — фигура для нашей темы пограничная. Подбородок и верхняя губа у него всегда выбриты, однако портреты зрелых лет показывают бакенбарды — по общеевропейской моде наполеоновской эпохи. Считать ли бакенбарды «растительностью на лице» — вопрос вкуса, но факт остается фактом: усов и бороды победитель Наполеона не носил никогда.
Показательно другое: при Александре бритье оставалось делом государственной дисциплины. Усы дозволялись лишь определенным категориям военных, а чиновникам и вовсе полагалось чистое лицо — гражданский с усами выглядел вольнодумно. Борода же в глазах власти была признаком либо мужика, либо купца, либо — что хуже — фрондера.
Долгая дорога бороды обратно
Дальше растительность возвращалась на высочайшие лица постепенно, как отвоеванная территория. Николай I носил усы — образцовые, военные. Александр II прибавил к усам пышные бакенбарды. А полный реванш борода взяла при Александре III: его окладистая борода была уже не модой, а программой. Император, повернувший курс к национальным началам, и внешне демонстрировал разрыв с гладковыбритым «немецким» столетием — при нем бороды официально разрешили армии, и бородатым щеголял едва ли не весь офицерский корпус. Николай II с его аккуратной бородой эту линию унаследовал.
Круг замкнулся: последний русский царь выглядел так, как выглядел бы и первый.
