Германия и Россия — две державы которые много веков соседствовали через буферные государства, воевали, торговали, заключали династические браки. Но чтобы части собственно германской земли находились под российским суверенитетом — это уже выходит за рамки привычной картины.
Тем не менее — находились. И речь не о советской зоне оккупации, не о ГДР, не о послевоенной истории. Речь о Российской империи в её классическом понимании — XVIII и XIX веков. Разберёмся какие именно территории, на каких основаниях, и почему этот сюжет так слабо освоен массовым сознанием.
Восточная Пруссия в годы Семилетней войны
Самый яркий и самый известный — хотя широкой публике всё равно почти неизвестный — эпизод. Зима 1758 года. Идёт Семилетняя война, Россия в коалиции с Австрией и Францией против Пруссии Фридриха II.
Русские войска под командованием Виллима Фермора занимают Кёнигсберг — столицу Восточной Пруссии. 22 января 1758 года жители города и провинции присягают на верность императрице Елизавете Петровне. Это не оккупация в военном смысле — это включение территории в состав Российской империи. С администрацией, с губернатором, с чеканкой монеты, с присягой.
Восточная Пруссия становится российской губернией. Губернаторами последовательно служат Виллим Фермор, Николай Корф, Василий Суворов (отец будущего генералиссимуса), Пётр Панин. Кёнигсбергский университет — где, между прочим, в это время преподаёт Иммануил Кант — продолжает работать, и сам Кант приносит присягу русской императрице. Это документированный факт, зафиксированный в архивных материалах университета.
Российское правление продолжается почти пять лет — до 1762 года. Это серьёзный срок. За это время Кёнигсберг живёт по русским законам, торгует с Россией, даёт рекрутов в русскую армию.
Как это закончилось — и почему
Закончилось всё внезапно и обидно. В декабре 1761 года умирает Елизавета Петровна. На престол вступает Пётр III — фанатичный поклонник Фридриха II. Первое что он делает — выходит из войны и возвращает Пруссии все занятые территории. Без всяких условий, без компенсаций, просто из личного восхищения прусским королём.
Этот эпизод — один из тех за которые Петра III до сих пор поминают недобрым словом. Российская кровь была пролита, территория освоена, население присягнуло — а всё это перечёркнуто росчерком пера. Историк Евгений Анисимов в своих работах по эпохе дворцовых переворотов описывает решение Петра III как одну из главных причин его падения летом 1762 года: гвардия, прошедшая через прусскую кампанию, не простила.
Так Восточная Пруссия — нынешняя территория, частично входящая в Калининградскую область России, а частично в Польшу — на пять лет была российской — со всеми атрибутами суверенитета.
Великое герцогство Познанское: пограничный случай
Здесь нужна оговорка. Познань и прилегающие земли — это территория современной Польши, не Германии. Но в XIX веке она входила в состав Прусского королевства как Великое герцогство Познанское, а затем — провинция Позен Германской империи.
Часть этих земель — до раздела 1815 года на Венском конгрессе — находилась в составе Российской империи. После третьего раздела Польши в 1795 году значительные польские территории, включая некоторые из тех что позже окажутся в составе Пруссии и Германии, входили в Россию.
Венский конгресс перекроил границы. Россия получила «Царство Польское» с центром в Варшаве, Пруссия — Великое герцогство Познанское. Часть земель которые до 1815 года были российскими — стали прусскими, а затем германскими.
Шлезвиг-Гольштейн: династический сюжет
Голштиния — северогерманское герцогство, исторически связанное с датской короной но фактически самостоятельное. С 1762 года, после смерти Елизаветы Петровны, российские монархи носили титул герцогов Шлезвиг-Гольштейн-Готторпских. Дело в том что Пётр III по отцовской линии был как раз наследником готторпского дома — его отец Карл Фридрих был герцогом Гольштейн-Готторпским.
Формально Готторпская часть Голштинии находилась в личной унии с российской короной с 1762 по 1773 год. Это не означает что эта территория была частью Российской империи в строгом смысле — здесь скорее ситуация личной унии, как Англия и Ганновер в XVIII веке. Российский император был одновременно немецким герцогом, но управление шло через местные структуры.
В 1773 году Екатерина II заключила с Данией Царскосельский договор: Россия обменяла свои голштинские владения на Ольденбург и Дельменхорст, которые тут же передавались родственной готторпской линии. Это был элегантный политический ход — Россия избавлялась от северогерманских владений в обмен на укрепление датского нейтралитета.
Историк Олег Ивонин в работах по российской внешней политике XVIII века подчёркивает: голштинский эпизод — это редкий пример когда российский монарх одновременно был сувереном на немецкой земле, и эта земля — современный Шлезвиг-Гольштейн, северная часть Германии у датской границы.
Ольденбург и Дельменхорст: краткое российское владение
Те самые земли, которые Россия получила в обмен на Голштинию в 1773 году — графства Ольденбург и Дельменхорст — формально находились в российском владении считанные месяцы. Екатерина практически сразу передала их представителям младшей готторпской линии.
Но юридически — Российская империя владела этими северогерманскими территориями. Это область современной федеральной земли Нижняя Саксония, район города Ольденбург. Пусть мимолётно, пусть в порядке политического транзита — но владела.
