Служители культа в Советском Союзе переживали разные времена: от жестоких репрессий до относительного либерализма. И это напрямую отражалось на их доходах. Кто-то получал больше чиновника, кто-то едва сводил концы с концами. А в 60-е годы священники и вовсе оказались в парадоксальной ситуации: государство облагало их налогами как кустарей-одиночек, но при этом позволяло зарабатывать вполне прилично по советским меркам.
До войны: сдельно и прогрессивно
До начала 1960-х годов зарплата священнослужителей напрямую зависела от денежных поступлений в церковную кассу. А пополнялась она за счёт исполнения обрядов и треб, пожертвований, а также продажи свечей, икон и прочей религиозной атрибутики.
Согласно документу «О подоходном налоге с населения», священников причислили к «некооперированным кустарям». Для этой категории налог был прогрессивным: при годовом доходе до 1800 рублей ставка составляла всего 4%, а максимальные 81% выплачивали те, чья годовая выручка превышала 70 001 рубль.
По налоговым декларациям священнослужителей Северного Урала можно увидеть реальный разброс. Годовые поступления у священников Соликамска, Кунгура, Нытвы и Чусового колебались в пределах 80–250 тысяч рублей, а в отдалённых районах не превышали 10 тысяч. Ежемесячный доход составлял от 200 до 20 тысяч рублей. Сельские батюшки получали в десятки раз меньше городских.
В годы войны многие уральские священники жертвовали на фронт немалые суммы. Протопресвитер Фесвитянинов только за 1942 год переслал деньгами и облигациями около 85 тысяч рублей, а община Михаило-Архангельской церкви Кушвы в ноябре 1944 года перечислила 100 тысяч на нужды авиации.
Оттепель: священник богаче чиновника
Во второй половине 1950-х, вместе с хрущёвской оттепелью, отношение к Церкви смягчилось. Как пишет историк Алексей Марченко, власти значительно увеличили зарплаты и пенсии священнослужителям. В конце 1960-х оклад епископа после налогов составлял 340 рублей, священника в благополучном приходе — 169–206 рублей, в менее прибыльном — 128 рублей.
Для сравнения: средняя зарплата рабочих в 1965 году — около 100 рублей, колхозника на Урале — 48 рублей. Разрыв был значительным, хотя для рядовых священников — не в 3–4 раза, как иногда представляют.
23 мая 1956 года вышло постановление Совета Министров СССР, распространившее советское законодательство на всех, кто работает в религиозной сфере. После этого в церковные организации потянулись пенсионеры, которым здесь предлагали зарплаты от 500 до 4000 рублей в месяц. В 1957 году рабочий свечной мастерской Пермского епархиального управления получал 4000 рублей, повар — 3000, бухгалтер — 2000.
Средняя зарплата в СССР на 1957 год — 800 рублей. Чиновник, уполномоченный по делам религии, получал 1150 рублей. Работники церковных организаций выигрывали и при выходе на пенсию — она была в несколько раз выше средней по стране. К 1958 году в религиозных структурах работало до 15 тысяч наёмного обслуживающего персонала.
Ограничили, но не обделили
Рядовые граждане быстро отреагировали на такое распределение: к властям полетели доносы о «вопиющем обогащении церковников». В январе 1959 года на закрытом заседании Совета по делам РПЦ прозвучало, что «ничем не обоснованные выплаты» работникам церковного сектора превысили 15 миллионов рублей.
Решили прекратить социальное обслуживание гражданского персонала Церкви, распустить профсоюзы в религиозных объединениях и сократить численность священнослужителей. В 1961 году вышел указ о повышении налога для всех служителей культа. Общие доходы РПЦ снизились на 10–15%. Религиозный диссидент Андрей Купцов в книге «Миф о гонении церкви в СССР» отмечает: за 10 лет действия нового закона церковные ряды покинули около 30% священнослужителей, ссылаясь на тяжёлое финансовое положение.
Всех священников перевели со сдельной оплаты на оклад, а налоги изымали как с некооперированных кустарей. Зарплаты заметно снизились. С поправкой на деноминацию 1961 года (10:1) настоятель храма в среднем получал 200 рублей, из которых 71,55 уходило на налоги. На руки оставалось 128,45 рубля. Епархиальная казна тоже скудела: по данным уполномоченного по Челябинской области В. Салова, за два года доходы местной епархии уменьшились примерно на 20%.
Снова рост
Однако в дальнейшем оклады вновь стали расти. По данным диссертации Масловой, в 1960-е годы священники в благополучных приходах получали 300–400 рублей, в менее прибыльных — 200 рублей. Но пожертвования, согласно новому положению, уже не шли в карман священнослужителя — они направлялись в церковную кассу, а затем в виде налогов уходили в бюджет.
Новая система налогообложения действительно била по карману, однако уровень доходов всё же позволял рассчитывать на безбедное существование. Оклад священника Троицкого собора Александро-Невской лавры в 70-е годы составлял 550 рублей. После выплаты налогов на жизнь оставалось 300–350 рублей — для советского человека очень неплохая сумма.
Конец хрущёвской системы
Хрущёвская система изъятия налогов со служителей культа была ликвидирована в 1980 году — постановлением Совмина СССР от 11 сентября 1979 года No 862. Это существенно повысило доходы священников. В современной России действует льготная система налогообложения для церковнослужителей. Но некоторые из них с ностальгией вспоминают советское время.
Известный церковный миссионер иеромонах Макарий (Маркиш) отмечает: в СССР, даже с учётом давления власти на религию, в материальном плане Церковь была богаче. По его словам, пожертвований приносили много, а тратить их было практически не на что.
