В 1967 году в Зеленой комнате штаб-квартиры ЦРУ аналитики склонились над снимками со спутника-шпиона. На них над Каспийским морем двигалась огромная машина — не самолет, не корабль, а нечто среднее. На Западе ее прозвали «Каспийским монстром». Это был экраноплан КМ — детище гениального советского конструктора Ростислава Алексеева, машина, намного опередившая свое время.
От «Ракеты» к гиганту
Путь к созданию «Каспийского монстра» начался задолго до его появления на свет. Ростислав Алексеев еще студентом задумался о том, как заставить корабль двигаться быстрее. Его дипломная работа 1941 года, защищенная уже во время войны, посвящалась скоростному катеру на подводных крыльях.
В 1950-х годах идеи Алексеева обрели форму: один за другим появлялись суда на подводных крыльях — «Ракета», «Метеор», «Комета». Они бороздили реки и моря, развивая скорость до 100 км/ч, но у этого класса судов был предел. Алексеев пошел дальше и решил использовать эффект, известный авиаторам еще с 1920-х годов: экранный эффект, дающий дополнительную подъемную силу на малых высотах.
Рождение «монстра»
В начале 1960-х годов Алексеев убедил руководство СССР в перспективности экранопланов. Работы засекретили, а в документах машины проходили как «высокоскоростные корабли специального назначения».
В 1966 году на воду спустили КМ — «Корабль-макет». Это был гигант: длина 92 метра, высота 22 метра, размах крыла 37 метров, полетный вес 544 тонны. На тот момент это был самый тяжелый летательный аппарат в мире. Машина была оснащена десятью турбовинтовыми двигателями: восемь на крыле и два на хвосте.
Чтобы сохранить секретность, КМ буксировали по Волге из Горького в Каспийск только по ночам, под маскировочной сеткой, в полупритопленном состоянии. На месте его собирали за высоким забором, закрытым картоном и фанерой, с надписью «Плавстенд».
Почему его так боялись на Западе
Экранопланы — это не просто большие самолеты или быстрые корабли. У них было принципиальное преимущество, которое ЦРУ оценило мгновенно: они двигались на высоте всего нескольких метров над водой — 4–14 метров. Для радиолокационных станций это почти «мертвая зона». Обнаружить такую цель стандартными радарами ПВО было практически невозможно.
К тому же скорость КМ достигала 500 км/ч, а грузоподъемность позволяла брать на борт огромные грузы. Для военных это означало: экраноплан мог подойти к кораблю противника незамеченным и в считанные минуты уничтожить его.
Аналитики западных спецслужб не знали, что аббревиатура КМ расшифровывается как «корабль-макет». Они перевели ее как «Каспийский монстр», и это название навсегда закрепилось в мировой прессе.
Гибель КМ и судьба наследников
Испытания КМ продолжались около 15 лет. 9 февраля 1980 года скончался его создатель Ростислав Алексеев. В том же году случилась катастрофа: пилот при взлете слишком резко задрал нос машины, машина стала подниматься почти вертикально, летчик нарушил инструкцию и задействовал руль высоты. Гигант завалился на левое крыло и ударился о воду. Пилот остался жив, но аппарат восстановлению не подлежал. Его не стали поднимать, и он затонул.
К тому моменту уже существовали другие экранопланы, более скромные по размерам, но реально принятые на вооружение.
«Орленок» — транспортно-десантный экраноплан массой 140 тонн, способный перебрасывать 200 морпехов или две бронированные машины. На вооружение его приняли в 1979 году. На учениях он высаживал десант за считанные минуты — никто в мире не мог делать это так быстро.
«Лунь» — ракетоносец, вооруженный шестью сверхзвуковыми ракетами «Москит». Один такой экраноплан мог разбомбить целый авианосец. Испытания «Луня» прошли блестяще: даже отдачи от ракетного залпа на ходу не чувствовалось. Однако распад СССР похоронил проект. «Лунь» так и не был полностью принят на вооружение. Сегодня единственный сохранившийся экземпляр ржавеет в Дагестане, перевезенный в Дербент как экспонат.
Возвращение экранопланов
В 1990-е годы разработки экранопланов остановились. Только в 2012 году российское правительство поручило возобновить производство. Сегодня в России активно ведется работа над новыми моделями. Один из последних проектов — «Орион-25», разработанный для Арктики. У него складное крыло, он может ходить и по волне, и по льду, и по торосам. Скорость отрыва от воды — 130–140 км/ч.
Это уже не монстры, а небольшие машины, но принцип тот же. Советский инженерный гений, воплощенный в «Каспийском монстре», возвращается спустя десятилетия.
