02/04/21
«Катастрофа Неделина»: какие остались вопросы о гибели советского маршала

В 1960-м году, за полгода до триумфального полёта Гагарина, случилась одна из самых страшных катастроф в истории космодрома Байконур. Взрыв ракеты Р-16 унёс жизни десятков человек. В числе погибших оказался и основоположник ракетно-ядерного комплекса Советского Союза – главный маршал артиллерии Митрофан Неделин.

Взрыв на Байконуре

24 октября 1960 года в 18:45 на космодроме Байконур была объявлена 30-минутная готовность к запуску двухступенчатой межконтинентальной баллистической ракеты Р-16. Добро на старт дал руководитель госкомиссии по запуску, главнокомандующий ракетными войсками СССР Митрофан Неделин.

Однако ракета так и не взлетела. При установке в исходную позицию неожиданно сработал программный токораспределитель А-120, который преждевременно запустил маршевый двигатель второй ступени. Вырвавшаяся струя раскалённого газа сожгла оболочки топливных баков первой ступени – и грянул взрыв. От ударной волны и пожара погибли военные, осуществлявшие запуск, а также члены госкомиссии. Смерть маршала Неделина, сидевшего всего в 17 метрах от ракеты, была мгновенной.

Некоторые из тех, кто находился на площадке, попытались спастись бегством. Одни из них увязли в расплавившейся полосе битума на дороге, другие сгорели, повиснув на колючей проволоке. Температура огня в центре взрыва была почти такой же, как у поверхности Солнца – 3 тысячи градусов. Как рассказывали свидетели, люди сгорели дотла – от некоторых остались только связки ключей, пряжки ремней и каблуки сапог.

Секретная катастрофа

Трагедия на Байконуре замалчивалась десятки лет. 26 октября 1960 года газета «Правда» напечатала сообщение ЦК КПСС о том, что «при исполнении служебных обязанностей, в результате авиационной катастрофы погиб Главный маршал артиллерии Неделин Митрофан Иванович».

Военачальнику устроили торжественные похороны на Красной площади. Однако никаких фактических подробностей его гибели не сообщалось, Из газетного текста обыватели могли решить, что маршал разбился на самолёте.

В биографии Неделина, вышедшей в 1979 году в серии ЖЗЛ, упоминание об «авиационной катастрофе» пропало, но обстоятельства его смерти остались засекреченными.

Лишь в 1989 году журнал «Огонёк» в рубрике «История современности» напечатал «документальный рассказ» журналиста Александра Болотина под названием «10-я площадка», который стал первой советской публикацией о катастрофе. Мемориальный комплекс в память о погибших появился на Байконуре уже после распада СССР, в 1998 году.

Завеса тайны, окружавшая катастрофу, вероятно, объясняется соображениями «имиджа» советской власти. Как раз в октябре Хрущёв обронил фразу о том, что СССР штампует ракеты, «как сосиски». Новость о том, что эти ракеты ещё и взрываются, могла бы подорвать престиж главы государства.

Количество жертв

По сей день в точности не установлено, сколько жизней унесла «катастрофа Неделина», как её называли на Западе. Британская газета The Guardian в 1965 году со ссылкой на шпиона Олега Пеньковского назвала цифру в 300 погибших.

Сегодня считается, что непосредственно на пожаре погибло 74 человека. Другие участники запуска умерли от ожогов и, возможно, от отравления компонентами ракетного топлива. Общее количество погибших оценивается в 78, 92 или 126 человек. Ещё около 120 человек выжили, но получили ожоги разной степени тяжести.

Причины трагедии

Комиссию по расследованию катастрофы возглавлял лично Председатель Президиума ВС СССР Леонид Брежнев. Поначалу он был настроен решительно и собирался наказать всех причастных к запуску, вплоть до поставщиков оборудования. Однако в итоге члены комиссии пришли к выводу, что ничьей конкретной вины в случившемся нет, а трагедия стала следствием рокового стечения обстоятельств.

Спустя 61 год после катастрофы к этому выводу мало что можно добавить.

Как писал в дневнике организатор космических полётов Николай Каманин, взрыв 24 октября стал третьим в цепочке неудачных запусков ракет в этом месяце.

«Причины этих неудач точно не установлены, и их никто не рискнет установить», – писал он.

Однако Каманин отмечает, что подготовка к запускам велась под давлением начальства, в «преступной спешке и неорганизованности».

Никита Хрущёв как раз вернулся из Нью-Йорка, где он «стучал ботинком» на заседании Генеральной ассамблеи ООН. К тому же приближалась годовщина Октябрьской революции, поэтому в худших традициях советской власти Неделин во что бы то ни стало хотел запустить ракету, пренебрегая мерами безопасности.

Обнаруженную накануне пуска неисправность автоматики двигателя устраняли на уже заправленной ракете, для чего в нижней части корпуса сняли люк и перепаяли электросхемы. А утром 24 октября стало известно о капельной течи горючего. Тем не менее комиссия разрешила запуск. Если бы Неделин этого не сделал, следующий старт был бы возможен лишь через месяц. Так долго маршал ждать не мог. Перед запуском он, по свидетельству одного из участников событий, сказал: «Что я буду говорить Никите?... Ракету доработать на старте, страна ждёт нас».

Неделин не осмелился ослушаться Хрущёва, который, бряцая оружием на весь мир, требовал скорейшего пуска ракеты, имевшей стратегическое значение. Глава государства регулярно звонил на космодром, что сильно нервировало комиссию и в итоге привело к принятию фатального решения.