Он был первым. Первым в длинной череде русских временщиков, которые XVIII век сделал едва ли не главной фигурой отечественной политики. Александр Данилович Меншиков — фигура настолько противоречивая, что историки до сих пор спорят о нём: был ли он гением или просто оказался в нужное время в нужном месте? Талантливым полководцем или удачливым выскочкой? Человеком из народа или обедневшим дворянином?
Сын конюха или торговец пирогами?
Начнём с главной загадки — происхождения. В точности неизвестно даже, когда родился будущий светлейший князь. По одним сведениям (Берхгольц) — в 1673 году, по другим (Голиков) — в 1670-м. Неясно и то, кем был его отец. По одним версиям — придворным конюхом, по другим — капралом Петровской гвардии. Существует и устойчивое, хотя и позднейшее, предание, что в молодости Меншиков торговал пирогами на улицах Москвы.
Самые тщательные исследования не дают однозначного ответа. В современной исторической науке идёт ожесточённый спор. Одни, как доктор исторических наук Юрий Беспятых, пытаются доказать, что Меншиков происходил из дворянского рода и был довольно образованным человеком. Другие, как классик Сергей Соловьёв, настаивают на его «подлом» происхождении и безграмотности.
Но, как справедливо заметил историк П. П. Пекарский, вопрос этот имеет значение лишь в одном отношении: «Происхождение его из народа может служить подкреплением того замечательного явления, что Пётр Великий... в своём характере и направлении имел много демократического». Для Петра не существовало сословных предрассудков — он выбирал людей по делу, а не по родословной.
Денщик, ставший правой рукой
Как именно Меншиков попал к Петру — тоже история тёмная. Считается, что знакомство состоялось через посредство швейцарца Франца Лефорта, который взял юношу к себе в услужение. Но несомненно одно: Меншиков служил в Преображенском полку с самого его основания, несколько лет был денщиком при Петре и быстро приобрёл его расположение, скоро перешедшее в тесную дружбу.
Александр Данилович обладал тем, что ценил Пётр превыше всего, — кипучей энергией и готовностью браться за любую работу. Наделённый от природы острым умом, прекрасной памятью и большой энергией, он никогда не ссылался на невозможность исполнить поручение и делал всё с рвением. Умел хранить тайны, как никто другой, и мог смягчать вспыльчивый характер царя.
С 1697 года Меншиков неразлучен с Петром: вместе совершает Азовский поход, вместе отправляется за границу в составе Великого посольства, участвует в стрелецком розыске. Его влияние быстро перевешивает даже влияние Лефорта.
Воин и администратор
Военный талант Меншикова проявился в полной мере в годы Северной войны. После Нарвского поражения он вместе с царём участвовал в действиях русской армии в Ингрии, выказав большую храбрость и недюжинные военные способности. В 1702 году после взятия Нотебурга назначен комендантом крепости, затем губернатором завоёванных областей.
Ключевой эпизод — битва при Калише в 1706 году, где Меншиков, уже в качестве самостоятельного главнокомандующего, одержал победу над шведским генералом Мардефельдом. Это была первая победа русских в правильной битве. Затем — взятие и разорение Батурина после измены Мазепы. И наконец — Полтава. За эту битву Меншиков получил звание генерал-фельдмаршала.
При этом он был не только воином, но и блестящим организатором. С 1703 года — первый губернатор Петербурга. Руководил строительством Кронштадта, корабельных верфей на Неве и Свири. В его ведение, в так называемую Ижорскую канцелярию, были переданы многие общегосударственные доходы. Он был президентом Военной коллегии. Талантливый и энергичный, Меншиков не останавливался ни перед чем ради удовлетворения возникавших вследствие войны нужд.
Светлейший князь и его пороки
Титулы сыпались на Меншикова как из рога изобилия. В 1702 году он получил диплом на достоинство графа Римской империи. В 1707-м Пётр возвёл его в достоинство светлейшего князя Ижорского. Он стал единственным русским дворянином, получившим титул герцога. А в 1727 году, уже после смерти Петра, — генералиссимусом.
Но за этими титулами скрывалась и тёмная сторона. Меншиков был первым в российской истории, кто сумел капитализировать свою близость к власти. Он был не просто фаворитом — он был «полудержавным властелином», как назвал его Пушкин. Он брал взятки, воровал казну, злоупотреблял положением. И Пётр, который казнил за казнокрадство других, Меншикову многое прощал. Но терпение царя не было безграничным.
В 1724 году Меншиков впал в немилость, лишился губернаторства и президентства в Военной коллегии. Однако смерть Петра в 1725 году круто изменила всё.
Вершина власти и стремительное падение
Именно Меншиков сыграл решающую роль в возведении на престол Екатерины I. При ней он стал фактическим правителем государства, возглавил Верховный тайный совет. Его власть казалась абсолютной.
А затем — новый поворот. После смерти Екатерины в 1727 году на престол вступил 11-летний Пётр II. Меншиков, по завещанию императрицы, должен был породниться с царской семьёй — его дочь Мария становилась невестой юного императора.
Но группа влиятельных дворян во главе с Петром Толстым и Антоном Девиером воспротивилась. Меншиков был арестован, лишён всех чинов и состояния, сослан сначала в Ранненбург, затем — в сибирский Берёзов.
Последние дни в Берёзове
Семья светлейшего князя отправилась в ссылку в 1728 году. Супруга Дарья Михайловна скончалась по дороге. В Берёзов доехали старший сын Александр и дочери Мария с Александрой.
И здесь происходит удивительная метаморфоза. Некогда всесильный временщик, привыкший к роскоши и власти, превращается в смиренного изгнанника. На свои скудные средства он выстроил домик и церковь, сам работал вместе с плотниками, копал землю, рубил брёвна. Принял на себя должность дьячка, пел на клиросе, звонил в колокола, говорил прихожанам назидательные поучения. Жителей Березова он поразил своей набожностью и смирением.
Александр Меншиков умер 12 ноября 1729 года в возрасте 56 лет. По одним сведениям — от оспы. Похоронили его в церкви, которую он построил своими руками.
Что осталось
Меншиков был соткан из противоречий. Блестящий администратор и беспринципный казнокрад. Храбрый воин и жестокий каратель. Человек, поднявшийся из низов до вершин власти, — и мгновенно потерявший всё.
Он открыл собой эпоху дворцовых переворотов, эпоху временщиков, когда судьба России решалась не на полях сражений, а в спальнях императриц и в кулуарах гвардейских казарм. Меншиков был первым, но далеко не последним.
Александр Сергеевич Пушкин назвал его «полудержавным властелином». Но власть его оказалась эфемерной. Взлёт был стремительным — и падение столь же стремительным. Он умер в сибирской глуши, в деревянной церкви, которую построил собственными руками. Человек, который когда-то правил империей, закончил свои дни как простой дьячок.
Может быть, в этом и есть главная справедливость истории. Или главная её жестокость.
