В древнерусских погребальных обрядах есть обычай, который и сегодня вызывает у археологов смешанные чувства: человека укладывали в могилу ничком, лицом в землю. Для современного глаза это выглядит как акт унижения или наказания. Для людей прошлого это было продуманной мерой безопасности. Тех, кого боялись при жизни, боялись и после смерти. И переворачивали тело вниз лицом не из жестокости, а из страха, что покойник вернётся.
Те, кого боялись: колдуны, ведьмы, «заложные»
Круг «кандидатов» на такое погребение был очерчен довольно четко. В первую очередь — люди, связанные с тайным знанием: колдуны, ведьмы, волхвы, знахари. Причем неважно, был ли человек при жизни «добрым» или «злым» — сам факт обладания сверхъестественными способностями делал его посмертное существование непредсказуемым. Страх вызывала не столько душа усопшего, сколько возможность её превращения в «нежить» .
Вторая категория — те, чья смерть считалась «неправильной»: самоубийцы, умершие насильственной смертью, люди, долго и мучительно страдавшие перед кончиной. Народная логика была простой: если человек умирал тяжело, значит, «сила» не хотела его отпускать, и он мог «забрать» с собой кого-то из живых. Таких покойников в этнографии называют «заложными» — они не получали нормального отпевания и церковного погребения .
Была и третья категория, о которой источники говорят реже: люди, которых община считала социально опасными или «девиантными» — преступники, изгои, те, кто нарушал принятые нормы. Современные археологические обзоры, в частности работы польского исследователя Лешека Гарделы, показывают, что лицом вниз могли хоронить и просто «чужих» — тех, чья жизнь вызывала вопросы у соседей .
Логика обряда: закопать себя самому
Объяснение, которое чаще всего встречается в этнографических источниках, звучит почти как инженерное решение. Считалось, что если «нежить» проснется в могиле, она начнет инстинктивно пробиваться на поверхность — рыть землю вверх. Если положить тело лицом вниз, то, пробудившись, покойник будет копать вглубь, закапывая себя еще сильнее. Это не метафора, а буквальная инструкция по технике безопасности, зашитая в ритуал .
Но укладка лицом вниз была лишь частью комплекса мер. В ход шли зашивание рта и глаз нитками — чтобы умерший не мог позвать живых и не мог на них смотреть. В зубы вкладывали осиновую ветку или кол — осина считалась деревом, удерживающим нечистую силу. Гроб придавливали тяжелыми камнями. В особенно тревожных случаях тело могли проткнуть колом, чтобы «пригвоздить» его к земле .
В южнославянской традиции, которая через фольклор и поверья перекликалась с восточнославянской, существовали и более радикальные меры: если умерший «тревожил» село и после погребения, могилу могли вскрыть, труп пронзить колом, отрубить голову или сжечь. В Киеве советские археологи находили захоронение, где покойник был пронзен метровым железным костылем, загнутым внизу гроба .
Что говорят археологи: не все так однозначно
Здесь начинается самое интересное. Археология, в отличие от фольклора, не всегда подтверждает простую картину «колдунов и упырей». Исследования погребений лицом вниз в средневековой Европе показывают, что мотивы могли быть куда разнообразнее.
Швейцарский антрополог Амели Альтерауге проанализировала почти сто таких захоронений в немецкоязычной Европе за девятьсот лет и обнаружила любопытную эволюцию. В раннем Средневековье, примерно с 950 по 1300 год, тела лицом вниз иногда хоронили в центре церковных кладбищ или даже внутри храмов, вместе с украшениями, дорогой одеждой и письменными принадлежностями. Это были люди высокого статуса — возможно, знать или священники, которые выбрали такое положение как акт смирения перед Богом. Известен исторический пример: Пипин Короткий, отец Карла Великого, якобы просил похоронить его лицом вниз перед собором в 768 году в знак покаяния за грехи отца .
Перелом наступил в XIV веке, когда по Европе прокатилась чума. Именно тогда захоронения лицом вниз резко участились, и их стали располагать по краям освященных кладбищ. Альтерауге связывает это с тем, что массовая смерть породила страх перед «ходячими мертвецами»: тела раздувались, издавали звуки, волосы и ногти казались растущими. Люди искали способ обезопасить себя — и переворачивали покойников лицом в землю .
Для Древней Руси таких масштабных серийных исследований, к сожалению, меньше. Но общая европейская картина помогает понять: обычай не был чисто «русским» или «славянским» изобретением. Он существовал в разных культурах и в разные эпохи, и мотивы могли колебаться от наказания и страха до смирения и покаяния.
Христианство: вызов для обряда
С принятием христианства на Руси ситуация усложнилась. Церковь настаивала на строго определенном погребальном обряде: тело клали головой на запад, лицом на восток, как бы обращаясь к восходящему солнцу и к будущему воскресению. Любое отклонение от этого канона воспринималось как язычество или святотатство. Археологи подтверждают: свыше 95% древнерусских курганных захоронений имеют именно западную ориентировку .
Но языческие страхи оказались живучее церковного контроля. В деревнях, где христианство приживалось медленно, обычай класть лицом вниз сохранялся — особенно в случаях «неправильных» смертей, когда церковный обряд был невозможен или считался недостаточным. Более того, сами священники иногда смотрели сквозь пальцы на такие меры «предосторожности», потому что вера в «нежить» была общей для всех — и для крестьян, и для приходского батюшки.
Что осталось от этого страха
Сегодня обычай класть покойника лицом вниз практически исчез из погребальной практики. Но отголоски остались в фольклоре, в деревенских рассказах о «ходячих покойниках», в суевериях о том, что нельзя спать лицом вверх при определенных обстоятельствах, в запретах переворачивать умершего после отпевания.
С точки зрения современного человека, страх перед мертвецом кажется архаичным. Но если вдуматься, в нем была своя логика. Люди жили в мире, где смерть была близка и часто необъяснима. Ребенок умирал без видимой причины, скот падал от болезни, урожай гибнул от засухи. Человеку нужно было объяснение — и он находил его в том, что кто-то «из тех» вернулся и забрал свое. Уложить покойника лицом вниз было не жестокостью, а попыткой восстановить контроль над тем, что контролю не поддавалось.
В этом смысле древнерусский обычай — не про мракобесие, а про беспомощность. Про людей, которые делали все, что могли, чтобы защитить своих детей от того, чего не понимали. И если для этого нужно было перевернуть тело в могиле — они переворачивали.
