Кёнигсбергские тоннели: что искали советские спецслужбы после взятия города в 1945 году
Кёнигсберг был взят штурмом 6–9 апреля 1945 года. Комендант крепости генерал Отто Ляш подписал капитуляцию в своём командном бункере на нынешней Университетской улице — этот бетонный блиндаж, зарытый на семь метров под землю, сегодня работает как музей и служит самым наглядным доказательством того, что подземный Кёнигсберг существовал не только в легендах.
Город действительно был нашпигован подземными сооружениями: кольца фортов конца XIX века с потернами и казематами, многоярусные подвалы Королевского замка, погреба старинных пивоварен, дренажные галереи, бомбоубежища, построенные в войну. Но помимо реальной инфраструктуры существовал и миф — о сплошном подземном городе, о тоннелях под Прегелем, о секретных заводах в толще земли. И советские поисковики после апреля 1945-го столкнулись с обеими реальностями сразу: с настоящими подвалами, набитыми ценностями, и с легендой, которая уводила поиски в бесконечность.
Цель номер один: Янтарная комната
Главный сюжет кёнигсбергских поисков известен каждому. Янтарная комната, вывезенная немцами из Екатерининского дворца в Царском Селе осенью 1941 года, была доставлена в Кёнигсберг и смонтирована в одном из залов Королевского замка. Отвечал за неё директор замковых художественных собраний доктор Альфред Роде — искусствовед, фанатично преданный янтарю.
В конце войны панели демонтировали и упаковали в ящики. Дальше след обрывается. Замок пережил британскую бомбардировку августа 1944 года и апрельский штурм; после капитуляции ящиков с янтарными панелями в нём не нашли.
Уже в конце мая 1945 года в город прибыла комиссия по розыску культурных ценностей, летом работу вёл профессор Александр Брюсов — археолог, сотрудник Государственного исторического музея (и брат поэта Валерия Брюсова). Его экспедиция обследовала руины замка и нашла в сгоревшем зале обугленные остатки, среди которых опознали фрагменты флорентийских мозаик из Янтарной комнаты и металлические детали её убранства. Вывод Брюсова был осторожным, но ясным: комната, вероятно, погибла в пожаре.
Этот вывод не устроил никого. Роде, оставшийся в городе и первое время сотрудничавший с советскими властями, давал путаные показания и намекал, что ящики были спрятаны. В декабре 1945 года он и его жена умерли при обстоятельствах, которые до сих пор называют невыясненными, — и эта смерть сама по себе подстегнула версию о том, что сокровище укрыто в тайнике, а свидетеля убрали.
Не только янтарь: что ещё лежало в кёнигсбергских подвалах
Сводить послевоенные поиски к одной Янтарной комнате — значит сильно упрощать картину. Кёнигсберг в конце войны стал складом награбленного: сюда свозили ценности с оккупированных советских территорий, здесь же хранились собственные богатейшие коллекции Восточной Пруссии.
Трофейные бригады и представители Комитета по делам искусств искали и находили: картины и музейные предметы из советских музеев, книжные собрания, включая остатки знаменитой Валленродтской библиотеки XVII века, церковную утварь, архивы. Значительная часть находок была сделана именно в подвалах — замка, кирх, фортов, частных особняков.
Отдельная история — коллекция музея «Пруссия», одно из крупнейших археологических собраний Европы: десятки тысяч предметов от каменного века до Средневековья. Она считалась погибшей десятилетиями, пока в конце 1990-х годов значительная её часть не была обнаружена в форту № 3 (Квенденау) под Калининградом — находка, подтвердившая, что немцы действительно рассовывали ценности по фортификационным сооружениям, и оживившая надежды поисковиков.
Интересовали спецслужбы и вещи сугубо практические: документация, образцы вооружений, лабораторное оборудование. Кёнигсберг был крупным военным и научным центром, и его подземные хранилища проверялись в том числе на предмет военно-технических секретов.
От трофейных бригад к государственной экспедиции
Поиски 1945–1946 годов велись вразнобой: армейские трофейщики, музейные комиссии, органы госбезопасности — каждый по своей линии. Затем наступила долгая пауза, прерываемая отдельными проверками сигналов: письма «очевидцев», показания бывших военнопленных, немецкие публикации — всё это стекалось в Калининград и требовало проверки.
Систематический характер поиски приобрели в 1969 году, когда была создана Калининградская геолого-археологическая экспедиция (КГАЭ) — государственная структура, работавшая под кураторством компетентных органов до 1984 года. Это уникальное в своём роде учреждение: официальная экспедиция, полтора десятилетия занимавшаяся розыском спрятанных ценностей. За годы работы КГАЭ проверила порядка 250 предполагаемых мест закладки тайников — форты, бункеры, подвалы, шахты, засыпанные подземные ходы. Бурили, копали, простукивали, откачивали воду.
Результат по главной цели — нулевой. Янтарную комнату не нашли. Но экспедиция сделала другое важное дело: она фактически провела инвентаризацию подземного Кёнигсберга и развеяла значительную часть мифологии.
Миф о подземном городе: что показали раскопки
Легенда о сплошном подземном Кёнигсберге — с тоннелями под рекой, подземными заводами и целыми улицами на глубине — родилась из вполне объяснимых вещей. Город лежал в руинах, входы в подвалы были завалены, и любой расчищенный лаз казался началом бесконечной галереи. Добавьте сюда рассказы переселенцев, впервые видевших немецкую фортификацию, — и миф готов.
Проверки показали более скромную реальность. Подземные сооружения Кёнигсберга — это разрозненные объекты: казематы пятнадцати фортов внешнего кольца, подвалы замка (в несколько ярусов, но локальные), убежища, коллекторы. Высокий уровень грунтовых вод в низинной части города физически ограничивал глубокое строительство. Единой тоннельной сети, связывающей город под землёй, обнаружено не было — хотя отдельные протяжённые ходы, например в фортовых комплексах, существуют и доступны сегодня.
Показательна судьба самого замка. Его руины были снесены в 1967–1969 годах, на месте начали строить Дом Советов. Земляные работы вскрыли часть замковых подвалов — и никакой Янтарной комнаты в них не оказалось. Позднее, в 2001 году, раскопки на замковом дворе финансировал немецкий журнал «Шпигель» — совместная российско-германская экспедиция несколько сезонов методично исследовала подвалы западного и других флигелей. Нашли множество артефактов, включая спрятанные в 1945 году предметы из замковых коллекций, — но не янтарные панели.
Версии, которые проверяли — и которые остались
За десятилетия поисков основных версий судьбы Янтарной комнаты сложилось несколько, и каждую советские, а затем российские поисковики отрабатывали.
Первая — комната сгорела в замке в апреле 1945 года. Это версия Брюсова, и косвенные подтверждения у неё самые весомые: найденные обгоревшие фрагменты мозаик и фурнитуры. Её поддерживает и то, что одна из четырёх флорентийских мозаик комнаты всплыла в Германии в 1997 году — у семьи офицера, укравшего её ещё при перевозке: значит, до Кёнигсберга комната доехала не полностью, а то, что доехало, оставалось в замке.
Вторая — тайник в городе или окрестностях: форты, бункеры, шахты, имение Понарт, окрестности замка. Именно эту версию годами копала КГАЭ — безрезультатно.
Третья — вывоз: морем из Пиллау (существовала версия гибели груза на «Вильгельме Густлофе»), по суше в центральную Германию. Документальных подтверждений ни одна из линий не получила.
Точку в практическом смысле поставила Россия: к 2003 году в Царском Селе была завершена полная научная реконструкция Янтарной комнаты, и сегодня туристы видят именно её.
