Иосиф Сталин не терпел равных. Друзей в привычном смысле у него не было — только соратники, исполнители и те, кого он на время приближал к себе. Но даже в этой параноидальной системе существовали люди, к которым Вождь относился с особым доверием. Не сентиментальным, конечно: Сталин не разливался в нежностях. Но факты говорят сами за себя — кто-то десятилетиями оставался рядом, получал личные звонки, жил в кремлёвских квартирах и знал тайны, за которые других расстреливали.
Историки вроде Дмитрия Волкогонова в «Триумфе и трагедии» и мемуары выживших соратников — Хрущёва, Микояна, беседы Молотова с Феликсом Чуевым — рисуют чёткую картину. Фавориты менялись: старые революционеры уходили в тень, новые выдвигались. А самые близкие — те, кто обслуживал повседневную жизнь Сталина, — держались дольше всех. До поры до времени.
Поскрёбышев и Власик: тени, без которых не было дня
Самые персональные любимчики — не громкие наркомы, а те, кто был рядом каждую минуту. Александр Поскрёбышев, начальник Особого сектора ЦК, и Николай Власик, шеф личной охраны.
Поскрёбышев служил Сталину с 1928 года до самой смерти Вождя. Двадцать пять лет! Он знал всё: кто звонит, кто приходит, какие бумаги ложатся на стол. Сталин доверял ему безоговорочно — звонил домой по ночам, советовался по мелочам. В мемуарах телохранителей и архивных материалах описано: Поскрёбышев имел дверь прямо в кабинет, минуя приёмную. Даже Берия проходил через него.
Сталин заботился о Поскрёбышеве по-своему: когда жена Александра Николаевича была арестована в 1939-м и расстреляна, Вождь не тронул самого секретаря. Позже помог с новой семьёй.
Дочь Поскрёбышева Наталья вспоминала: однажды позвонила отцу, а трубку снял Сталин — и поговорил с девочкой по-отечески. Такие детали из семейных архивов и публикаций в «Родине».
Власик — ещё ближе. С 1931 по 1952 год он отвечал за безопасность Сталина. Жил как член семьи: нянчил Светлану и Василия, организовывал дачи, банкеты, поездки. В своих мемуарах («Рядом со Сталиным», опубликованных частично) Власик писал: Сталин доверял ему детей, дом, всё. На южных дачах Власик был хозяином — Сталин отдыхал, а генерал всё устраивал.
Оба держались до конца. Но после смерти Вождя — трагедия: Власика арестовали в декабре 1952-го (ещё при жизни Сталина отстранили), Поскрёбышева уволили в 1953-м.
Лаврентий Берия: страшный фаворит
Политический тяжеловес номер один в последние пятнадцать лет — Берия. С 1938 года, после прихода в НКВД, он стал правой рукой по грязной работе. Репрессии, депортации, атомный проект — всё через него.
«Жратва»: что означает это слово на самом деле
Хрущёв в мемуарах («Время. Люди. Власть») прямо пишет: Сталин и Берия были ближе, чем кто-либо. Вождь ценил эффективность грузина: Берия «тянул» дела уверенно, не боялся крови. На дачах они часто оставались вдвоём — пили, говорили по-ночам. Микоян вспоминал: Сталин защищал Берию от нападок, называл «нашим гиммлером».
Но доверие было взаимным и опасным. Берия знал слишком много. После смерти Сталина его убрали первым.
Андрей Жданов и Николай Вознесенский: интеллектуалы на пике
После войны фаворитами стали «ленинградцы». Андрей Жданов — идеолог, автор «ждановщины» в культуре. Сталин приблизил его в 1946–1948 годах. Жданов курировал идеологию.
Историки отмечают: Жданов был одним из самых влиятельных — входил в узкий круг с Молотовым, Вознесенским. Сталин симпатизировал ему как марксисту образованному.
Ещё ярче звезда Николая Вознесенского. Глава Госплана, автор послевоенного восстановления. Сталин хвалил его публично: «молодой, талантливый». В 1947–1949 годах Вознесенский — второй человек после Вождя. Шейла Фицпатрик в «Команде Сталина» пишет: Сталин передоверил ему экономику полностью.
Но пик — и падение. «Ленинградское дело» 1949–1950: Жданов умер в 1948-м (подозревали отравление), Вознесенского расстреляли в 1950-м. Фавориты плохо кончали.
Георгий Маленков: преемник в тени
В самые последние годы, 1951–1953, ближе всех — Маленков. Он курировал кадры, секретариат после отстранения Поскрёбышева частично. Сталин видел в нём преемника: после XIX съезда Маленков ведёт заседания.
Мемуары участников: Маленков часто оставался с Вождём на даче, вместе с Берией и Хрущёвым. Сталин доверял ему организацию — без громких слов.
Старые соратники: Молотов и Ворошилов
Молотов — с 1920-х. Сталин уважал его как дипломата, называл «железным». Но в 1949-м жена Полина арестована, Молотов в опале. Вождь критиковал: «сдался американцам». Всё равно держал рядом — до конца.
Ворошилов — старый друг по Царицыну. Маршал жил в Кремле, Сталин звонил ему по мелочам. Но после войны отстранил: «не справляется». Доверие угасло.
