22 ноября 1963 года навсегда разделило жизнь Марины Прусаковой на «до» и «после». В считанные часы она превратилась из безвестной эмигрантки в жену главного врага Америки. Ей было двадцать два, на руках — двухгодовалая дочь и месячный младенец. В чужой стране, где она прожила всего семнадцать месяцев, на неё обрушился весь гнев нации. Но что стало с этой девушкой из советского Северодвинска спустя десятилетия? Ответ оказался неожиданным.
Минский роман
Всё началось на танцах в Минске 17 марта 1961 года. Двадцатилетняя студентка фармацевтического училища и не подозревала, что этот вечер перевернёт её жизнь. Её партнёр говорил по-русски почти без акцента, но держался как-то странно. Это был Ли Харви Освальд — бывший морской пехотинец из Техаса, который за полгода до этого «сбежал» в Советский Союз, разочаровавшись в американской жизни .
Роман развивался стремительно. Уже через полтора месяца они расписались в загсе . По словам самой Марины, на их свадьбе даже не было музыки и цветов — всё вышло на удивление буднично . Молодая семья поселилась в Минске, где Освальд работал на радиозаводе «Горизонт». 15 февраля 1962 года родилась их первая дочь Джун Ли .
Но планы Освальда изменились. Он решил вернуться в США, и в июне 1962 года молодая чета с четырёхмесячным ребёнком отправилась в Даллас . Марина, плохо знавшая английский и не представлявшая себе жизни в Америке, доверилась мужу. Это доверие стоило ей всего.
Роковой выстрел
К осени 1963 года их брак дал трещину. Марина с дочерьми жила у подруги, квакерши Рут Пейн, которая преподавала русский язык . 21 ноября Ли пришёл навестить жену и детей. В тот вечер зашла речь о приезде Кеннеди в Даллас. «Алька особо не реагировал, — вспоминала Марина спустя годы. — Кивнул равнодушно» .
На следующий день, 22 ноября, Марина узнала об убийстве президента из новостей по телевизору. «Моё сердце как будто остановилось, — рассказывала она комиссии Конгресса. — Я почувствовала себя неловко... Я выбежала на улицу. Мне пришло в голову, что я надеялась, что это был не он» . Когда в дом ворвалась полиция с криками: «Где его винтовка?», она указала на гараж . Чехол был на месте, но винтовки в нём не оказалось.
Свидетель обвинения
На допросах она, по её собственному признанию, была «как слепая кошка» — не знала языка, не понимала, что происходит, боялась за себя и детей . Четыре раза её вызывали в Комиссию Уоррена, расследовавшую убийство Кеннеди . Именно её показания стали одним из ключевых аргументов в пользу виновности Освальда. Она опознала винтовку, подтвердила, что муж хранил её дома, рассказала о фотографиях, где он позирует с оружием .
Но годы спустя она пересмотрела свои показания. «Я тогда согласилась: да, похоже, это был он и действовал в одиночку, — признавалась она в интервью. — Но потом я читала материалы расследований и нашла множество нестыковок. Мне стало ясно, что по крайней мере он был не один» . Она пыталась добиться снятия грифа секретности с материалов дела, но безуспешно .
Жизнь после
Два года Марина оставалась вдовой с двумя малышками на руках. Но в 1965 году она вышла замуж за Кеннета Портера, простого плотника из Техаса . Этот брак продлился 38 лет и принёс ей третьего ребёнка — сына Марка. Она получила американское гражданство только в 1989 году .
Материально ей помогли... деньги от продажи личных вещей Освальда. Анонимные «неизвестные доноры» перевели на её счёт 70 тысяч долларов — огромную сумму по тем временам . Она продала дневник мужа за 20 тысяч и знаменитую фотографию Освальда с винтовкой — за 5 тысяч . Позже она пыталась вернуть само оружие, из которого якобы стреляли в Кеннеди, но проиграла суд. Если бы выиграла, винтовка сейчас стоила бы на аукционе до 20 миллионов долларов .
Она появлялась в документальных фильмах, давала редкие интервью, но с годами всё больше замыкалась в себе. «После 50 лет таких преследований, когда репортёры являются к вам домой и повсюду пытаются говорить на одну тему...» — объяснял её друг . Ей предлагали 3 миллиона долларов за интервью CNN, но она отказалась .
Итог
Сегодня Марина Прусакова — 84-летняя женщина, живущая на окраине Далласа. Она избегает прессы и почти не говорит по-русски . Однажды она сказала: «Я много работала все эти годы» . И в этом, пожалуй, главное. Она не стала богатой, не стала знаменитой, не стала мученицей. Она просто выжила. Выжила, несмотря на то, что её муж — главный злодей в истории Америки, а она сама — «русская жена убийцы». Она пережила травлю, допросы, подозрения, бедность. И в конце концов нашла покой — возможно, самый ценный приз, который можно было получить в этой истории.
