Могила Сталина: какой поступок Шарля де Голля во время визита в Москву поразил высших партийцев
Июнь 1966 года. В Москву с официальным визитом прибывает президент Франции Шарль де Голль — человек, который всего за несколько месяцев до этого объявил о выходе страны из военной структуры НАТО и потребовал вывести с французской земли все американские базы. В Кремле его встречают как долгожданного союзника, но никто не готов к тому, что сделает французский лидер на Красной площади. Его поступок поверг в шок высшее партийное руководство — и о нём предпочли умолчать все советские газеты.
Человек, который не сдался
Шарль де Голль прибыл в Советский Союз 20 июня 1966 года. Двухнедельный визит должен был стать символом новой эры в отношениях между Парижем и Москвой. Де Голль последовательно проводил курс на независимость от Вашингтона, и сближение с СССР было частью его грандиозного замысла — построить «Европу от Атлантики до Урала».
Но за политическим прагматизмом стояла и личная история. Де Голль был одним из немногих западных лидеров, кто знал Россию не понаслышке. Ещё в Первую мировую войну, попав в германский плен, он оказался в лагере Ингольштадт вместе с русскими офицерами. Среди них был молодой Михаил Тухачевский — будущий маршал Советского Союза, которого в 1937-м расстреляют по приказу Сталина. Де Голль, уже будучи президентом Франции, хотел посетить могилы двух своих знакомых — Сталина и Тухачевского. Одного он знал по личным встречам в годы войны, другого — по лагерному соседству полвека назад.
За неимением могилы Тухачевского (его останки так и не были найдены) де Голль настоял на посещении того, что осталось от Сталина.
Пять лет спустя
К 1966 году Иосиф Сталин был мёртв уже тринадцать лет. Но его посмертная судьба оставалась предметом ожесточённых споров. В 1956 году Хрущёв разоблачил «культ личности» на XX съезде, а в 1961-м на XXII съезде секретарь Ленинградского обкома Иван Спиридонов предложил вынести тело Сталина из Мавзолея. 1 ноября того же года под покровом ночи тело было извлечено и погребено у Кремлёвской стены.
Могила была более чем скромной: лишь плита с фамилией, именем, отчеством и датами рождения и смерти. Бюст появится только в 1970 году. И вот к этой неприметной могиле — месту, которое советская власть старалась не замечать и не афишировать — отправился президент Франции.
Двадцать минут молчания
То, что произошло дальше, не вписывалось ни в какие протоколы. Де Голль возложил цветы на надгробную плиту. А затем застыл в скорбном молчании. И простоял так не менее двадцати минут.
Двадцать минут у могилы человека, которого в СССР уже официально объявили тираном и убийцей. Человека, чьё имя к тому моменту стало нарицательным для обозначения «культа личности» и беззаконий.
Советские вожди, сопровождавшие французского президента, не знали, куда девать глаза. Они привыкли к тому, что иностранные гости следуют протоколу, а не своим убеждениям. Но де Голль не был рядовым политиком. Он был генералом, который в 1940-м отказался признать поражение Франции, создал «Сражающуюся Францию» и дождался освобождения Парижа. Он привык идти против течения.
Что стояло за этим жестом
Почему де Голль это сделал? Ответов несколько, и все они лежат в плоскости личности французского президента.
Во-первых, историческая справедливость. Де Голль прекрасно помнил, что именно сталинский СССР вынес основную тяжесть Второй мировой войны. В своей речи в Москве он говорил о «величайшей роли Советского Союза в решающей победе». Для него Сталин оставался одним из творцов этой победы, каким бы спорным ни было его наследие.
Во-вторых, независимость. Де Голль строил внешнюю политику Франции как политику суверенную. Он не собирался следовать американским или советским шаблонам. Возложить цветы к могиле опального вождя, когда весь официальный Кремль делал вид, что этого человека не существует, — это был акт политической независимости в чистом виде.
В-третьих, личная память. Де Голль знал Сталина лично. Они встречались в годы войны, обсуждали судьбы Европы. И хотя в 1944-м де Голль отказался признавать просоветское правительство Франции, а в 1945-м не поехал на Ялтинскую конференцию, он сохранил уважение к советскому лидеру как к союзнику.
Реакция Кремля
Советское руководство оказалось в сложном положении. С одной стороны, ссориться с де Голлем было нельзя — Франция только что вышла из НАТО, и Москва видела в этом исторический шанс ослабить западный блок. С другой стороны, публичное почитание Сталина противоречило всей официальной линии партии.
Выход нашли простой и циничный: о поступке де Голля не написали ни в одной советской газете. Информацию засекретили, а партийная верхушка сделала вид, что ничего не произошло. Тем не менее внутри Кремля этот жест вызвал замешательство. Французский президент — друг «антисталинской» партии — вдруг демонстрирует уважение к тому, кого сами партийцы только что предали анафеме.
Наследие жеста
Шарль де Голль покинул Москву 1 июля 1966 года. Его визит стал одной из вершин «разрядки» между Востоком и Западом. Но жест у могилы Сталина остался в тени — о нём знали лишь посвящённые.
И всё же этот жест многое говорит о самом де Голле. Он не был антисоветчиком, но и не был сталинистом. Он был реалистом, который помнил историю и не позволял текущей политике диктовать ему, что можно помнить, а что нельзя. Для него Сталин был частью той сложной, трагической и великой эпохи, которую он пережил сам. И он счёл нужным отдать дань уважения — не режиму, не репрессиям, а человеку, с которым его свела судьба.
Сегодня, спустя почти шесть десятилетий, этот эпизод остаётся одним из самых загадочных в истории советско-французских отношений. Он напоминает нам о том, что даже в разгар Холодной войны находились люди, способные видеть за политическими ярлыками живую историю. И что иногда самый сильный политический жест — это просто двадцать минут молчания у могилы того, кого весь мир уже похоронил дважды.
