29/10/22

Настоящие «Бесславные ублюдки»: как воевали прототипы фильма Тарантино

Хотя сюжет «Бесславных ублюдков» Квентина Тарантино полностью вымышлен, у одного из его героев – еврея из США Донни Доновица – существует реальный прототип. Это Абба Ковнер – один из самых ярых сионистов-мстителей за миллионные жертвы Холокоста.

Они уничтожат всех

Так кто же он – Абба Ковнер? По одним данным, он родился в 1918 году в Севастополе, по другим – в белорусском городке Омяны. В 1927 году его семья переехала в Вильно, где Абба сначала учился в еврейской гимназии «Тарбут», а затем постигал азы пластического искусства в местном университете. Позднее он вступил в ряды лево-сионистской организации Ха-шомер ха-цаир – аналог скаутских организаций, целью которой была подготовка еврейской молодежи к переселению в Землю Израильскую и жизни в сельскохозяйственных общинах. Несмотря на свой левый статус, то есть приверженность социальному равноправию, организация Ха-шомер ха-цаир была нежелательной в СССР.

Осенью 1941 года, после захвата Литвы немецкими войсками, Ковнер в числе 40 тысяч евреев оказался в вильнюсском гетто, где сразу влился в ряды подпольщиков. В конце декабря, когда погиб один из лидеров сопротивления, Абба возглавил подполье, выступив с вдохновляющим призывом «всеми силами и средствами бороться с фашистской оккупацией».

Когда в Понарах начался массовый расстрел участников антифашистского сопротивления, в первую очередь, обитателей вильнюсского гетто, Ковнеру и еще 16 членам подполья удалось найти укрытие в стенах женского Доминиканского монастыря, настоятельницей которого была Анна Борковска. Именно тогда, по словам биографов Аббы Ковнера, он с «поразительной интуицией» понял, что воплощается в жизнь «систематический и всеобъемлющий план уничтожения всех евреев Европы».

Однако яростным врагом нацизма Ковнер стал после увиденной им картины из окна квартиры в гетто. В его памяти навсегда запечатлелся эпизод, как два эсэсовца волокли по темному переулку женщину, прижимавшую к груди какой-то сверток. Когда один из солдат толкнул женщину, из ее рук выпал младенец.

Гитлеровец поднял малыша, держа его за одну ножку и, после того, как женщина стала молить о пощаде, с размаху ударил его о стену. «Такое злодейство запоминается навсегда», – писал публицист Борис Гельман в своей статье об Аббе Ковнере.

Сопротивляться до последнего

В январе 1942 года в вильнюсском гетто была создана «Объединенная партизанская организация», одним из лидеров которой стал Абба Ковнер. Сразу были провозглашены ее цели: организация массовой самообороны гетто, саботаж распоряжений оккупационных властей, сотрудничество с партизанами и Красной армией. Израильский писатель Элиша Порат позже напишет: «У Аббы Ковнера была великолепная интуиция и харизма, он требовал от своих соратников абсолютной, безоговорочной веры и поддержки. Его идеи привлекали многих».

Вскоре акции сопротивления захватили всё вильнюсское гетто, позднее они распространились на гетто в других оккупированных нацистами городах – в Каунасе, Белостоке, Варшаве. Лозунгом сопротивления стали слова, сказанные Аббой Ковнером: «Сопротивление до последнего вздоха!». Он убеждал товарищей, что они не должны позволять себя убивать, как овец на бойне.

Конечно, организовать серьезный отпор немцам у Аббы и его единомышленников не получилось. Несопоставимы были численность сторон и количество вооружения. На возрастающий уровень сопротивления евреев гестаповцы отвечали усилением репрессий и расстрелов. Лишенные поддержки извне, жители гетто были измождены морально и физически.

К сентябрю 1943 года вильнюсское гетто было разгромлено. Все выжившие участники сопротивления и вместе с ними Абба Ковнер примкнули к советским партизанам. Отряд примерно из 300 человек совершал регулярные нападения на немецкие гарнизоны, полицейские пункты, проводил диверсии на автомагистралях и энергетических объектах. Им даже удалось освободить несколько групп узников.

Одной из самых крупных диверсий подразделения Ковнера стал подрыв в канун 1944 года германского железнодорожного состава. «Когда вдалеке замаячил поезд по направлению к Вильнюсу, мое сердце неожиданно перестало биться от радости и страха. Я изо всех сил дернул за веревку… От мощного взрыва в бездну свалился 21 вагон», – вспоминал Абба.

«Мстители»

После окончания Второй мировой войны Абба Ковнер в Бухаресте создал новую организацию – «Нокмим» («Мстители»), куда вошло около 60 человек. Это была боевая группа, целью которой стал поиск и уничтожение нацистских преступников. Абба не верил в справедливость международного трибунала: «Око за око, зуб за зуб!» – только так можно отомстить за 6 миллионов евреев – жертв Холокоста. На одном из собраний, посвященных Песаху, Ковнер процитировал строчку из библейского псалма: «Он отплатит им за их беззакония и уничтожит их за их злобу».
Согласно плану «А», подпольщики планировали отравить водопровод в четырех городах – Гамбурге, Мюнхене, Франкфурте и Нюрнберге. Однако возникли затруднения, и мстители вынуждены были перейти к плану «Б», подразумевавшему ликвидацию пленных эсэсовцев в лагерях союзников. Впрочем, и здесь их усилия во многом оказались бесплодными.

Зато у членов «Нокмим» хорошо получалось действовать малым группами по три-четыре человека, выискивая и ликвидируя бывших нацистских офицеров, принимавших непосредственное участие в убийствах евреев. Примечательно, что палачи не рассказывали своим жертвам, за что их убивают. Часто нельзя было определить, что совершалось именно убийство: кто-то погибал в подстроенной автокатастрофе, а кто-то якобы накладывал на себя руки — жертву находили повешенной.

В конце 1945 года Абба Ковнер нелегально посетил Палестину, где встречался с Давидом Бен-Гурионом и Хаимом Вейцманом – лидерами сионистского движения. Возможно не без их участия Абба получил яд для совершения покушений на нацистских преступников, однако после возвращения в Европу Ковнер был арестован и выдан британскому правительству.

Пока глава «Мстителей» находился в тюрьме, трое его соратников 13 апреля 1946 года отравили хлеб, который был предназначен для 12 тысяч немецких военнопленных, в основном эсэсовцев, содержавшихся в лагере под Нюрнбергом. Видимо доза яда была недостаточна – никто не погиб: в результате покушения пострадали более 2 тысяч человек, около 200 было госпитализировано. Движение «Нокмим» просуществовало вплоть до 1950 года, жертвами его боевых операций стали порядка 400 бывших немецких военных.

На родину

Еще в марте 1944 года Абба Ковнер написал свое послание к боевым товарищам, в котором заострял внимание на роли активной молодежи в строительстве будущего государства Израиль. В послании он выразил опасение, что близящаяся победа над Германией может погасить стремление евреев к возвращению на свою историческую родину.

С конца 1947 года Ковнер уже находится в Палестине, где в составе пехотной бригады «Гивати», которой командовал его друг Шимон Авидан, борется за независимость израильского государства. Именно это подразделение определило судьбу юга страны: там у Палестины была отвоевана значительная часть ее территории, вошедшей в 1948 году в состав Израиля.

Сослуживцы характеризовали Ковнера как очень требовательного командира, жестко пресекавшего зазнайство и разгильдяйство. Причина такого характера в том, что Абба почти все молодые годы провел в постоянной борьбе и знал цену человеческим слабостям. Его биограф Дина Порат пишет: «Представьте это неизмеримое по своей интенсивности и напряженности десятилетие, включившее в себя все: Вторую мировую войну, выживание, партизанскую борьбу, возмездие, наконец войну за независимость Израиля. Такое десятилетие дает материалы для всей жизни».

Сегодня существуют неоднозначные взгляды на деятельность Аббы Ковнера как организатора покушений на бывших германских военных. Кто-то называет его «Мстителей» героями, а кто-то приравнивает их к военным преступникам. В Германии «Мстителей» помнили еще долго. Так, в мае 2000 года два участника операции по отравлению немецких военнопленных были привлечены к суду по обвинению в покушении на убийство. Но суд решил, что срок исковой давности истек и снял все обвинения с бывших исполнителей. Самого Аббы Ковнера к тому времени не было в живых. Он скончался в 1987 году в небольшом поселении Эмек-Хефер, расположенном в центральном округе Израиля.