Самый высокопоставленный предатель Афганской войны: что душманы сделали с Николаем Заяцем
Афганская война породила не только героев, но и тех, чьи имена стали нарицательными. Сотни солдат и офицеров ограниченного контингента по разным причинам оказались по ту сторону баррикад. Одни попали в плен и под угрозой смерти приняли ислам. Другие сдались сами, предпочтя позорное существование трибуналу. Но среди всех перебежчиков есть одна фигура, стоящая особняком, – подполковник Николай Леонидович Заяц (в ряде документов – Заец), самый высокопоставленный советский офицер, дезертировавший в ходе афганской кампании.
Его история – это клубок противоречий, нестыковок и тёмных пятен, который до сих пор не удаётся распутать до конца.
Офицер-хозяйственник на войне
Николай Заяц родился в 1946 году в селе Быстрик Житомирской области. К моменту отправки в Афганистан в феврале 1983 года за его плечами была вполне приличная карьера: служба в Группе советских войск в Германии, где он командовал разведывательным батальоном, затем Прикарпатский военный округ. 40-летний подполковник, отец двоих детей, он казался образцовым офицером. Но война – это лакмусовая бумажка, которая проявляет истинную сущность человека.
В Афганистане Заяц получил назначение командиром разведки 108-й мотострелковой дивизии, дислоцированной в Баграме. И здесь начались проблемы. По воспоминаниям сослуживцев, в частности начальника разведки 201-й дивизии Николая Кузьмина, посвятившего этой истории книгу «Охота на Зайца», подполковник категорически не подходил для такой должности.
«Человек хозяйственный и обстоятельный», он больше сгодился бы на должность начальника продовольственной службы, но никак не командира разведчиков. Ему ставили в вину отсутствие инициативы, нерешительность, а некоторые мемуаристы и вовсе называют его трусом. На вверенной ему территории душманы с завидной регулярностью совершали диверсии на трубопроводах, что вело к колоссальным потерям горючего. В итоге в конце лета 1983 года Зайца понизили в должности до начальника разведки 122-го мотострелкового полка 201-й дивизии в Ташкургане. Позже, правда, выяснилось, что большая часть топлива пропадала не из-за диверсий, а по вине самих же военнослужащих, продававших его местным. Но осадок, как говорится, остался. И этот осадок, вероятно, сыграл свою роковую роль.
Роковой выстрел за барханом
Кульминация наступила 16 октября 1983 года. Разведрота Зайца выполняла задачу по «реализации разведданных». В качестве проводников с группой шли пленный моджахед и офицер афганской госбезопасности (ХАД). В какой-то момент Заяц вместе с обоими афганцами отошёл за бархан. Остальные разведчики слышали только выстрелы. Когда подполковник вернулся, оба афганца были мертвы.
Версия самого Зайца менялась на глазах. Сначала он заявил, что убитые были предателями и действовали заодно с мятежниками – они якобы завели группу в засаду, и он вершил правосудие. Затем последовала другая история: моджахед неожиданно напал на хадовца и попытался отобрать у него автомат. Заяц открыл огонь, и автоматная очередь случайно прошила обоих. Суть была одна: он стрелял, чтобы защитить себя.
Будь убитый афганец рядовым бойцом, эту историю, возможно, спустили бы на тормозах – списали бы на «дружественный огонь» в условиях боевой обстановки. Но офицер ХАДа оказался важной фигурой. По некоторым данным, он был родственником лидера ДРА Бабрака Кармаля. Скандал вышел на самый верх. Зайцу дали понять – его ждёт трибунал и до десяти лет тюрьмы.
Побег на броне
К началу 1984 года решение о суде было практически принято. Под арест офицера не посадили – возможно, надеялись, что бежать ему некуда. Просчёт оказался фатальным.
15 марта 1984 года Заяц под предлогом проверки техники захватил бронированную разведывательно-дозорную машину БРДМ-2. Присоединившись к колонне, он свернул в сторону и устремился в район провинции Кундуз. На следующее утро вертолётчики обнаружили брошенную машину рядом с кишлаком Саксаколь. Вид БРДМ был удручающим: машина была полностью разукомплектована – ни вооружения, ни агрегатов, ни даже колёс, один голый бронеостов. Следов боя не было – Заяц не отстреливался.
Опрошенные местные жители рассказали, что видели, как БРДМ застряла. Офицер вышел из машины, хотел было что-то спросить у подбежавшей ребятни, но практически сразу появилась группа вооружённых моджахедов, которые увели подполковника в неизвестном направлении.
Вопрос: Заяц сдался добровольно или его взяли силой? Ответа нет. Организованные масштабные поиски результата не дали. Банду, пленившую офицера, найти не удалось.
Казнь и посмертная реабилитация
Дальнейшая судьба подполковника известна лишь по отрывочным данным из показаний пленных моджахедов. По этим сведениям, банда, приютившая Зайца, оказалась в кольце советских войск. Чтобы избавиться от обузы и одновременно заработать политические очки, полевые командиры вынесли ему смертный приговор.
Предположительно, 18 марта 1984 года Николая Зайца расстреляли на берегу реки Кундуз. Ему было 38 лет.
Официально подполковник Николай Леонидович Заяц (Заец) до сих пор считается без вести пропавшим. Его тело не найдено, обстоятельства гибели не подтверждены документально. В ряде публикаций дезертира называют «предателем». Однако фактов для этого недостаточно. Кто знает, что творилось в душе человека, загнанного в угол собственным командованием и стоящего перед выбором между трибуналом и бегством к врагу? В мемуарах воинов-интернационалистов он предстаёт то предателем, то героем, то жертвой, то причиной многих залитых солдатской кровью военных неудач.
Можно ли считать его поступок предательством в чистом виде? Или это была отчаянная попытка выжить любой ценой? Ответов на эти вопросы история не даёт. Как не даёт она и ясного понимания того, что на самом деле произошло тем октябрьским днём за барханом и почему подполковник, имевший за плечами два десятилетия безупречной службы, решился на побег.
Остаётся лишь констатировать: афганская война, как и любая другая, обнажает человеческую суть. И иногда эта суть оказывается страшнее любой пули.
