Судьба четырежды Героя Советского Союза Георгия Константиновича Жукова после Победы складывалась драматично. Маршал, чьё имя стало синонимом военного триумфа, дважды попадал в опалу — при Сталине в 1946-м и при Хрущёве в 1957-м. И если о его опалах написано немало, то конкретный сюжет с наградами — что именно у него отбирали, что возвращали и что навсегда осталось спорным — в публицистике излагается отрывочно. Между тем именно на этом материале хорошо видно, как советская система обращалась со своими героями: тихо, бюрократически и без лишних объяснений.
Триумф 1945-го: на пике славы
К моменту окончания войны Жуков был, без преувеличения, самым титулованным военачальником Советского Союза. На его кителе сверкали три Звезды Героя (1939, 1944, 1945), два ордена «Победа» (за номерами 1 и 4) — единственным, кроме него, дважды кавалером этого высшего полководческого ордена был Александр Василевский и сам Сталин. Кроме того — пять орденов Ленина, орден Октябрьской Революции (позже), орден Суворова I степени № 1, орден Красного Знамени, а также внушительный набор иностранных наград: американский орден «Легион почёта» степени Главнокомандующего, британский орден Бани, французский Военный крест с пальмовой ветвью, высшие польские, чехословацкие, монгольские и югославские ордена.
24 июня 1945 года именно Жуков принимал Парад Победы на Красной площади. Это был апогей его публичной славы — и, как выяснится через год, точка, после которой начался спуск.
«Трофейное дело» и первая опала
Уже летом 1946 года над маршалом сгустились тучи. На Главном военном совете Сталин лично оглашал показания арестованного главного маршала авиации Александра Новикова, в которых Жуков представлялся как человек, приписывающий себе чужие заслуги, ведущий себя высокомерно и даже якобы готовящий военный заговор. Решением ЦК Жуков был снят с должности главнокомандующего сухопутными войсками и отправлен командовать второстепенным Одесским военным округом, а в 1948-м — Уральским, что для маршала Победы было фактически ссылкой.
Параллельно разворачивалось так называемое «трофейное дело». В январе 1948 года на даче Жукова прошёл обыск, по итогам которого был составлен подробный акт — документ хорошо известный историкам, опубликованный в сборниках «Военные архивы России» и в исследованиях Алексея Исаева. Перечень имущества — мебель, ковры, картины, ткани, столовое серебро — производил удручающее впечатление и был использован против маршала.
Однако вот что важно для нашей темы: в эту первую опалу Жуков своих наград не лишался. Ни звания Героя, ни орденов «Победа», ни маршальского звания у него не отобрали. Его понизили в должности, исключили из кандидатов в члены ЦК (в феврале 1947-го), но государственные награды оставили. Сталин, при всей жёсткости, на этот шаг не пошёл.
Возвращение и новый взлёт
После смерти Сталина Жуков стремительно вернулся в большую политику. Уже в марте 1953-го он стал первым заместителем министра обороны, а в феврале 1955-го — министром. Именно Жуков сыграл ключевую роль в аресте Лаврентия Берии в июне 1953 года и в подавлении «антипартийной группы» Молотова, Маленкова и Кагановича в июне 1957-го, обеспечив Хрущёву политическую победу.
1 декабря 1956 года, к 60-летию, маршал получил четвёртую Звезду Героя Советского Союза — случай в советской наградной системе исключительный. На тот момент в стране не было других четырежды Героев из числа военачальников. Казалось, что положение Жукова теперь незыблемо.
Октябрь 1957-го: удар без публичных формулировок.
Тем неожиданнее оказался разгром, последовавший осенью того же года. Пока министр обороны находился с визитом в Югославии и Албании, в Москве 19 октября 1957 года на Президиуме ЦК КПСС было принято решение освободить его от должности. 26–28 октября состоялся пленум ЦК, осудивший Жукова за «бонапартизм», «нарушение ленинских принципов руководства Вооружёнными Силами», стремление вывести армию из-под партийного контроля и культивирование собственной личности.
Постановление ЦК было опубликовано 2 ноября 1957 года в «Правде». Жукова вывели из состава Президиума и членов ЦК, отправили в отставку «по состоянию здоровья». Министром обороны стал Родион Малиновский.
Формально никаких государственных наград Жукова не лишали. Ни одной. Ни звезды Героя, ни орденов «Победа», ни маршальского звания. В отличие, например, от Берии, чьи награды были аннулированы посмертно решением Президиума Верховного Совета, Жуков юридически сохранил весь свой наградной комплект.
Что же тогда у него «отобрали»? Ответ принадлежит к области неформальной — но именно в нём и состоит специфика советской практики.
Награды, отнятые тишиной
После октября 1957 года Жуков фактически выпал из официального наградного оборота. Его перестали приглашать на парады и торжественные собрания. На юбилейных мероприятиях, посвящённых Победе, его имя либо опускали, либо упоминали скороговоркой. В фильмах о войне, выходивших во второй половине 1950-х — начале 1960-х (в частности, в эпопее «Освобождение» начали снимать только в 1968-м, когда ситуация уже менялась), фигура полководца Победы оказалась практически вычеркнута.
Бывший главком сухопутных войск Иван Конев в книге «Сорок пятый» (1966), как отмечают историки Махмут Гареев и Алексей Исаев, вынужден был писать о действиях 1-го Белорусского фронта, избегая фамилии его командующего. Это редактировалось не автором, а редакторами «Воениздата» по указанию свыше.
Военная пенсия Жукова была минимальной для маршала — об этом подробно пишет его дочь Мария Жукова в книге воспоминаний. Дача в Сосновке, выделенная ему как маршалу, оставалась за ним лишь формально — вокруг постоянно дежурили сотрудники госбезопасности, гости фиксировались. Это не было лишением наград в юридическом смысле, но фактически означало изъятие у маршала всех привилегий, которые с этими наградами полагались.
Орден Ленина к 70-летию: жест, обнаживший проблему
В декабре 1966 года, к 70-летию Жукова, после долгих колебаний и аппаратной борьбы, ему был вручён орден Ленина. Это был шестой по счёту орден Ленина в его коллекции. Однако примечательно, чего ему не дали: пятой Звезды Героя, на которую он по совокупности заслуг, безусловно, мог рассчитывать. Не дали и звания Героя Социалистического Труда — стандартной «гражданской» награды для крупных деятелей подобного уровня к юбилею.
Брежнев, в отличие от Хрущёва, лично против Жукова ничего не имел, но и реабилитировать его в полном объёме не торопился — ревность к авторитету маршала Победы была свойственна и новому генсеку, скромному фронтовому политработнику.
Возвращение в наградной обиход
Полная символическая реабилитация началась только в последние годы жизни маршала. В 1968 году Жукову был вручён орден Октябрьской Революции — к 50-летию Вооружённых Сил. В 1971-м его впервые после долгого перерыва пригласили на торжества по случаю 30-летия битвы под Москвой. Его книга «Воспоминания и размышления», вышедшая в 1969 году в Издательстве АПН, стала бестселлером — хотя и прошла через жёсткую цензуру (значительная часть купюр была восстановлена только в посмертных изданиях 1990-х годов).
Но Звёзды Героя Социалистического Труда Жуков так и не получил. Не получил и обещанного, по некоторым свидетельствам, ордена «Победа» под номером 12 — последнего невыданного экземпляра этой высшей награды. Орден остался в Алмазном фонде.
Посмертная судьба и попытки «лишения».
Маршал умер 18 июня 1974 года. Его похоронили у Кремлёвской стены — со всеми почестями, на которые мог претендовать четырежды Герой. Однако и после смерти периодически возникали попытки пересмотреть его наградной статус.
В 1990-е годы депутаты ряда фракций Государственной Думы поднимали вопрос об учреждении ордена Жукова и медали Жукова — этот вопрос был положительно решён указом президента Бориса Ельцина в мае 1994 года. Параллельно в публицистике велись дискуссии, насколько обоснованными были все четыре Звезды Героя — в особенности четвёртая, 1956 года, формально полученная «за выслугу лет», как тогда писали скептики.
Ни одна из этих дискуссий ни к каким юридическим последствиям не привела. Все награды маршала остаются за ним.
