Тишина — главный враг подводника. Когда 8 марта 1968 года советская дизель-электрическая подводная лодка К-129 (бортовой номер 574) не вышла на связь в контрольной точке у Гавайев, в штабе еще теплилась надежда. Возможно, радио сломалось? Может, субмарина дрейфует на поверхности, лишенная хода?
Но дни шли, а эфир молчал. Тихоокеанский флот бросил на поиски 30 кораблей. 70 дней самолеты бороздили небо, пробы воды проверяли на радиацию — ведь на борту К-129 находились три баллистические ракеты Р-21 с ядерными боеголовками и торпеды с плутонием. Океан не отдал свою жертву. К осени 98 моряков признали погибшими, а лодку вычеркнули из списков флота. В Москве решили: трагическая случайность. И поставили точку. Но они ошиблись. За океаном точку только начали прощупывать.
«Хлопок» на дне
Американцы узнали о катастрофе раньше советского командования. Атомная подлодка ВМС США «Barb» несла дежурство в Японском море, когда ее гидроакустики зафиксировали странную активность: эфир трещал от переговоров русских, их корабли лихорадочно перемещались к востоку. Капитан «Barb» доложил начальству — русские кого-то ищут. Скорее всего, свою затонувшую лодку.
Специалисты ВМС США подняли архивы донных акустических станций системы SOSUS. В какофонии океанских шумов им удалось найти фрагмент записи — таинственный «хлопок» в ночь с 7 на 8 марта. Сигнал пришел со станции, установленной на возвышении Императорских Гор, более чем в 300 милях от предполагаемого места катастрофы. Компьютеры вычислили примерный район — пятно диаметром 30 миль к северо-западу от Гавайев. СССР искал вслепую. США уже знали, где лежит добыча.
Юридическая формальность: «ничья» субмарина
У трагедии К-129 был юридический нюанс, который советское руководство упустило из виду. Москва не объявила официально точное место гибели лодки и не сделала заявлений о ее принадлежности. С точки зрения международного права, К-129 превратилась в «ничью» — законный трофей для того, кто сможет до нее добраться.
В Пентагоне и Лэнгли начались закрытые совещания. Ракеты Р-21 американцев не впечатляли — они уже уступали «Поларисам». Но вот ядерные торпеды и, главное, радиоаппаратура с шифровальными кодами… Если бы ЦРУ удалось их заполучить, советская система связи стала бы открытой книгой. Директор ЦРУ Ричард Хелмс получил доклад, от которого у него перехватило дыхание.
Гениальный обман: корабль-призрак Говарда Хьюза
Задача казалась невыполнимой. Подлодка лежала на глубине почти 5,5 километра — это полторы высоты Эвереста, если поставить гору на попа. Давление там — под 500 атмосфер. Поднять 1750-тонную махину с такой глубины, и при этом в полной секретности? В 1970 году инженеры ЦРУ сошлись во мнении: технически возможно, но нужен специальный корабль с гигантским захватом.
Деньги и легенду предоставил миллиардер Говард Хьюз. По официальной версии, он строил судно «Гломар Эксплорер» для геологоразведки и добычи марганцевых конкреций со дна океана. На деле же почти треть судна занимала «центральная прорезь» — 60 метров в длину, 22 в ширину, 20 в высоту. Огромный док, скрытый днищевыми щитами с резиновыми уплотнителями. Над ним возвышалась стабилизированная вышка с подъемным устройством, способным тянуть груз до 4250 тонн со скоростью 1,8 метра в минуту.
Строительство заняло 41 месяц. В апреле 1971 года судно заложили на верфи в Пенсильвании. Способность удерживаться над точкой с точностью до 10 сантиметров обеспечивала спутниковая система «Транзит-С».
Трагедия на полпути
4 июля 1974 года «Гломар Эксплорер» прибыл в район операции. В течение двух месяцев, пока неподалеку дежурили советские разведывательные суда, экипаж опускал 60-футовые секции стальных труб одну за другой. Гигантский механический захват — «клешня» весом с небольшую подлодку — достиг цели и сомкнулся на корпусе К-129. Обратный подъем занял долгие часы.
И вдруг — удар. На полпути к поверхности захват раскрылся. Корпус разломился, бо́льшая часть субмарины рухнула обратно в бездну, окончательно разрушившись при ударе о грунт. На борт удалось поднять лишь носовую секцию. Картина открылась жуткая: среди искореженного металла американские специалисты нашли тела шести советских подводников. В поднятой части обнаружили также две торпеды с ядерными боевыми частями.
Им устроили воинские похороны в море. А в 1992 году директор ЦРУ Роберт Гейтс передал пленку с церемонией президенту Ельцину. Ракеты, шифровальные коды и большая часть секретного оборудования остались на дне.
Роковая кража и крах секретности
Роковую роль сыграла случайность. В июне 1974 года — всего за месяц до начала подъема — воры ворвались в один из офисов Хьюза в Лос-Анджелесе. Среди украденных документов оказалась бумага, связывавшая миллиардера с ЦРУ и «Гломар Эксплорером». Агенты ФБР и полиция Лос-Анджелеса начали отчаянные поиски — и привлекли внимание журналистов.
К осени 1974 года по медиа поползли слухи. 7 февраля 1975 года Los Angeles Times опубликовала разоблачительную статью. А затем репортер Джек Андерсон в национальном телеэфире заявил, что эксперты ВМС считают поднятую подлодку бесполезной тратой денег. Администрация Форда хранила молчание, применяя изобретенную тогда же формулу «ни подтверждаем, ни опровергаем». Но к концу июня советское командование уже направило к месту операции собственное судно для наблюдения и охраны. Секретность рухнула. Белый дом приказал свернуть дальнейшие работы.
Эпилог
Официально операция «Азориан» (в некоторых источниках — «Дженнифер») не достигла своих целей. Главные трофеи остались на пятикилометровой глубине. Но сам факт, что подобное вообще оказалось возможным, заставляет уважать инженерную мысль и цинизм холодной войны. Корабль, построенный для кражи чужой тайны, пережил свою эпоху: в конце 1990-х его восстановили и используют для глубоководного бурения.
А К-129 осталась лежать на дне Тихого океана — братская могила на 98 человек, которую американцы пытались превратить в вещественное доказательство. Не вышло. Но осадочек, как говорится, остался. И на дне, и в истории.
