Операция «Ульм»: зачем немцы сбросили диверсантов на Урале

Целью задуманной в 1943 году диверсионной операции «Ульм» было уничтожение уральских объектов военно-промышленного комплекса СССР. Группа диверсантов была хорошо подготовлена и оснащена, однако на месте их выброски события начали развиваться по непредвиденному сценарию.

Кто и что собирался делать

В неопубликованных воспоминаниях бывшего фельдфебеля СС, а впоследствии заключенного ГУЛАГа Павла Соколова «Ухабы», написанных в Красноярске в 1991 году, говорится, что будущие диверсанты для «Ульма» отбирались из числа белоэмигрантов и бывших пленных Красной Армии. Тридцать лучших готовили непосредственно под руководством известного диверсанта оберштурмбаннфюрера СС Отто Скорцени.

Сам Отто Скорцени в своих мемуарах «Неизвестная война» вспоминал: операция «Ульм», спланированная лично начальником РСХА Генрихом Гиммлером, была сложной – перед диверсантами ставилась задача уничтожить магнитогорские доменные печи и электростанции, питавшие уральские металлургические и химкомбинаты. Павел Соколов уточнял: они должны были после высадки разбиться на мелкие группы, каждая из которых в условленное время держала связь с Центром по рации, и, в первую очередь, вывести из строя ЛЭП, снабжающие предприятия советского ВПК электроэнергией.

Семерых диверсантов планировалось доставить «Юнкерсом» из Риги и десантировать с воздуха в район города Кизела (Пермский край). Во второй половине февраля 1944 года эта выброска была осуществлена. Командовал группой белоэмигрант гауптшарфюрер СС Игорь Тарасов. Также из числа белоэмигрантов были радисты Юрий Марков и Анатолий Кинеев, бывший врангелевский подпоручик Николай Стахов. Остальные диверсанты – перешедшие на службу к гитлеровцам военнопленные РККА – бывший старший лейтенант, комбат-артиллерист Николай Грищенко, а также рядовые Петр Андреев и Халин Гареев.

Их оснащение

Согласно архивным материалам УФСБ РФ по Свердловской области, экипировка северной группы диверсантов была весьма неплохой – лыжи, сани, валенки и даже альпийские защитные очки. Они имели порядка 500 тысяч рублей советских денег, у каждого – по комплекту поддельных документов, подтверждающих, что предъявитель сего является бывшим воином Красной Армии, возвращающимся домой после лечения в госпитале. В архиве УФСБ до сих пор сохранились их фальшивые паспорта с непроржавевшими скрепками – эта деталь часто и выдавала диверсантов: у немцев сталь была получше советской, наша же на ношеных документах быстро подвергалась коррозии.

Кроме того, у диверсантов имелись запасы продовольствия, оружие, рации, боеприпасы и другое снаряжение, которое они потом попрятали в схроны.

Что пошло не так

Как писал член нижнетагильского общества изучения истории отечественных спецслужб Владимир Кашин, советская контрразведка знала об этой диверсионной операции за несколько месяцев до ее начала – вплоть до названия акции, ее целей, географии действия вражеских лазутчиков и других деталей – своевременно были получены соответствующие разведданные. Группу Павла Соколова намеревались выбросить следом за диверсантами Игоря Тарасова, но в последний момент планы поменяли.

Диверсантов Тарасова в итоге выбросили почти за 300 км до расчетной точки. Парашютистов и груз разбросало друг от друга на несколько километров. Радиста Юрия Маркова при приземлении задушило зацепившимися за дерево стропами, а командир группы Игорь Тарасов при падении получил серьезную травму и не смог подняться. Попробовал было отравиться при помощи выданного каждому из диверсантов яда, но тот лишь спровоцировал диарею. Тогда Тарасов застрелился. По той же причине покончил с собой и Халин Гареев. Попытка другого радиста Анатолия Кинеева выйти на связь с Центром успехом не увенчалась – немецкая рация на сильном морозе не работала. У Кинеева были сильно обморожены ноги, и, чтобы избавиться от обузы, его пристрелили свои.

В итоге в живых остались Николай Грищенко, Петр Андреев и Николай Стахов. Они голодали, пока не нашли груз с провиантом. Несколько месяцев троица блуждала по лесным болотам. В начале лета 1944 года диверсанты решили выйти к населенным пунктам, чтобы купить у местного населения продукты (это был Бисеровский район Кировской области). Но местные жители сдали всех троих местному милиционеру.

После следствия и суда диверсанты получили от 8 до 15 лет лагерей. Николай Стахов умер в Ивдельлаге после 9 лет заключения. Николай Грищенко и Петр Андреев отсидели, и после освобождения даже ходатайствовали о реабилитации, но им в этом было отказано.

Скорцени потом писал, что операция «Ульм» заранее была обречена на провал: диверсанты ни при каких условиях просто не смогли бы осуществить на Урале столь серьезную акцию.