Его имя почти не встречается на картах российских городов. Нет улицы Сырцова в Ростове-на-Дону, нет переулка, нет памятной доски. А ведь он был председателем Донского бюро РКП(б), одним из тех, кто в 1919 году проводил в жизнь директиву о расказачивании. Одни историки называют его «злым гением» этого процесса. Другие — недоумевают, почему до сих пор его не увековечили. Сам же он закончил жизнь у стенки, расстрелянный по приговору «тройки» в 1937 году. История Сергея Сырцова — это история человека, который ломал чужие устои, а потом был сломан сам.
Молодой хозяин Дона
К 1919 году Сергею Сырцову было всего 25 лет. Он уже успел побывать зампредом Совета народных комиссаров Донской советской республики — образования, которое просуществовало несколько месяцев и самораспустилось в сентябре 1918 года. А затем возглавил Донское бюро РКП(б) — партийный орган, который должен был «переформатировать» казачий Дон под новую власть.
Историк и филолог Генрих Магнер, автор фундаментального исследования «Расказачивание в системе массовых репрессий», называл Сырцова «злым гением» этого процесса. Сырцов в своих обращениях в ЦК ратовал против любой автономии Дона и за разрушение «базиса казачества». Он был убеждён: с казаками договариваться не стоит, «никаких компромиссов и половинчатости».
Но Магнер уточняет: ключевые решения о репрессиях принимал не сам Сырцов. Соответствующие директивы поступали на Украину от председателя ВЦИК Якова Свердлова. А указывал Сырцову, как надо расказачивать на Дону, Иосиф Сталин — будущий генеральный секретарь.
Что предписывалось исполнять
Судя по постановлениям, которые должен был исполнять Сергей Сырцов, казаков на Дону не жалели. «Богатых» предписывалось «истребить поголовно» — без исключений, чтобы не было ни сопротивления, ни даже подозрения в попытках воспротивиться новым порядкам. Предписывалось расстреливать каждого казака, у которого обнаруживали оружие после объявления о необходимости сдачи винтовок и шашек. На Дону шла продразвёрстка, в казачьих хуторах массово изымался хлеб.
Сырцову приписывают уничтожение 600 казаков в районе шолоховской станицы Вешенской. Однако доктор исторических наук Владимир Калашников говорил: ни Сырцов, ни писатель Михаил Шолохов не были свидетелями этих расправ, и потому их воспоминания нельзя воспринимать как историческую данность — они не более чем измышления, основанные на слухах.
«Не до конца изживший»
В 30-е годы Сергей Сырцов занимал руководящие должности в советских учреждениях. Как и многие тогдашние высокопоставленные чиновники, он подвергался партийной чистке. Его считали оппортунистом, «не до конца изжившим» в себе антисоветские атавизмы. До самого ареста Сырцов числился неблагонадёжным, «политически замаранным» — ему припоминали критику Сталина.
Последние два года «главный по расказачиванию» возглавлял завод в Электростали.
Арест и расстрел
В 1937 году Сергея Сырцова арестовали. Доктор исторических наук Сергей Кислицын в книге «Председатель Совнаркома Советской России Сергей Сырцов» пишет о нём комплиментарно. Он утверждает: Сырцов, обвиняемый в шпионаже и измене Родине, на следствии своей вины не признавал, и это упорство не позволило сфабриковать дело партийного «правого центра».
Через несколько месяцев после ареста Сырцов был расстрелян по приговору «тройки».
Спор о памяти
Критики Кислицына указывают на противоречия в его книге. Оправдывая расказачивание, Кислицын писал о казаках как о «профессиональных убийцах», «невинных овечках в казачьих бурках» и утверждал: «казачество [само] виновато в обострении и пролонгации гражданской войны».
Кислицын считал несправедливым не почтить память Сергея Сырцова — хорошо бы отметить его вклад в дело революции, назвав его именем улицу или переулок в Ростове-на-Дону. Второе издание книги вышло пять лет назад. Переименовывать в честь расказачивавшего в этом краю большевика ростовские власти ничего не стали.
