Карандашом по закону
Пожалуй, самый вопиющий факт — это сам документ, который до сих пор именуют «Актом об отречении». Подпись Николая II на нем сделана… простым карандашом. Это сразу ставит крест на его легитимности — государственные акты подобной важности никогда не подписывались карандашом, не имели печати и даже не писались на официальном бланке.
Более того, подпись министра императорского двора графа Фредерикса, которая должна была заверить волю монарха, сначала была нанесена карандашом и лишь затем обведена чернилами. Сам же Фредерикс на допросе в Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства заявил: «Меня не было в тот момент рядом с императором». Техническая экспертиза документа позже показала, что «карандашная подпись» была переведена с другого приказа Николая II от 1915 года.
Кто составлял этот текст? Он напечатан на трех разных пишущих машинках. Его адресат — не «верные подданные», а «Начальник штаба», что лишний раз доказывает: этот лист бумаги был лишь черновиком или служебной запиской, а не всенародным манифестом, которым его пытались выдать.
Осада в поезде
Однако еще более запутанными кажутся обстоятельства, при которых «отречение» было подписано. Вспомним, что царь находился в своем литерном поезде на станции Псков, полностью изолированный от внешнего мира. Его поезда были остановлены, а все линии связи прослушивались заговорщиками.
Ему лгали о ситуации в столице. Генерал-губернатор Хабалов докладывал, что в Петрограде нет войск, а Родзянко слал панические телеграммы. При этом известия о наведении порядка от генерала Иванова скрывались. Фактически, Николая II поместили в информационную блокаду — классическую технику путча.
И как же он подписывал бумаги под таким давлением? Он отказывался, перечеркивал варианты, пока не сломили и его психологический барьер. Сначала он отрекся в пользу сына Алексея при регентстве брата Михаила — это был единственно законный вариант. Но через несколько часов под нажимом врачей и из-за боязни разлучить смертельно больного наследника с семьей, переписал историю. В итоговом варианте от 2 марта 1917 года царь отрекся сразу и за себя, и за царевича, передав престол брату Михаилу.
Кто подставил царя
И под чьим же давлением? Ключевым инструментом стал генерал Рузский, командующий Северным фронтом, который вел с царем беспрецедентный по дерзости разговор, чуть ли не ставя ультиматум. Рузский вынуждал государя подчиниться телеграммам от командующих фронтами — тех, кто присягал ему на верность. Эти генералы слали свои «верноподданнические» советы об отречении пачками: Алексеев, Брусилов, Эверт....
Это было коллективное предательство элиты, которая решила, что самодержавие мешает им победить в войне. Они хотели сохранить монархию, но убрать самого монарха. Они присягали императору, но в реальности подставили его. Судьба этих «героев» позже оказалась печальной: большинство из них либо погибли в ходе революционного террора, либо бежали с позором.
Юридический казус
Даже признавая факт подписания бумаг, юристы спорят о законности произошедшего. Основные законы Российской империи вообще не предусматривали возможности отречения монарха. Акт был заведомо ничтожен по форме и вырван в ситуации принуждения, которое исключает добровольность. Поэтому он так и не был опубликован Сенатом, а значит, де-юре никогда не вступал в силу.
Итак, что же не сходится в деле об отречении Николая II и есть ли альтернативная история, где он остался у власти? Здесь нет однозначного ответа. Ясно одно: перед нами — юридическая и моральная катастрофа, где сознательная фальсификация («карандашный документ») смешалась с подлым шантажом и предательством элиты. Царь не отрекся по своей воле — его изгнали. А путаницу и противоречия в официальную историю внесли сами, торопливо стирая концы в воду среди хаоса Февральской революции.
