Самодержца Всероссийского, чье полное тронное имя современник выговорил бы разве что за воротник. Царь-реформатор терпеть не мог помпезности и всю жизнь прятался за вымышленными именами. От благородного плотника до скабрезного дьякона — разбираемся, кем на самом деле был Петр Великий.
Петр Михайлов: урядник, которого все узнали
В 1697 году 25-летний Петр отправился в Европу с Великим посольством. Официально делегацию возглавляли Франц Лефорт, Федор Головин и Прокофий Возницын. А сам государь взял скромное имя урядника (унтер-офицера) Преображенского полка Петра Михайлова.
Фамилия была говорящая — от имени родного деда, основателя династии.
Считается, что псевдоним помогал Петру избавиться от пышных церемониалов и чувствовать себя свободно. По прибытии в Голландию «урядник» устроился плотником на верфь, где простые рабочие видели перед собой долговязого парня с «фирменными» романовскими глазами навыкате. Но при всех европейских дворах прекрасно знали, как выглядит русский царь. Инкогнито соблюдалось лишь формально, а «урядник Михайлов» принимался с вежливым, чуть снисходительным почтением к занятному полуазиатскому самодержцу.
Тем не менее псевдоним сработал: Петр прошел в Пруссии обучение стрельбе из новейшего оружия, работал на верфи в Голландии, в Англии изучал корабельное инженерное дело. Дипломатический протокол выдерживали другие, а царь занимался тем, что было ему действительно интересно.
Герр Питер и мин херц: голландские корни
Немецкую слободу Петр полюбил еще в юности, а вместе с ней — пристрастие к западному образу жизни. Среди близких друзей (Лефорта, Меньшикова, Ромодановского) он на всю жизнь оставался просто «герром Питером». Они могли запросто хлопнуть его по плечу, и никаких земных поклонов.
На придворных ассамблеях Петр часто появлялся в образе шкипера, курил трубку, пил пиво с иностранными купцами и отпускал шутки, от которых придворные дамы краснели.
Меньшиков, самый близкий из фаворитов, называл его еще нежнее — «мин херц» (от немецкого «mein Herz» — «мое сердце»). Государь не возражал.
Пахом-пихайхуй: дьякон шутовского собора
Но самая эпатажная кличка ждала Петра во «Всешутейшем, всепьянейшем и сумасброднейшем соборе» — шутовской «орденской организации», созданной для развлечений, питейных увеселений и карнавальных действ.
Члены собора носили прозвища на грани фола, и сам Петр не стал исключением. Его именовали «протодиакон Пахом Пихайхуй Михайлов».
Сегодня историки спорят, что здесь было важнее: эпатаж, желание сломать вековые устои или просто грубоватое чувство юмора. Скорее всего, все вместе. Такими выходками Петр, во-первых, раздражал духовенство, чья фигура тогда носила почти сакральный характер. А во-вторых, откровенно высмеивал старые порядки, которые собирался уничтожить.
Бомбардир и капитан: военные звания вместо титулов
Петр прошел все ступени военной службы — от матроса до вице-адмирала на флоте и от солдата до капитана в сухопутных войсках.
В 1700 году под Нарвой он принял звание капитана бомбардирской роты и сохранял его до самой смерти. Для него это было не игрой, а делом чести.
Когда в 1721 году Сенат преподнес Петру титулы «Императора Всероссийского» и «Отца Отечества», он не слишком ими гордился. Для друзей он оставался просто «шкипером», для армии — «капитаном», а в минуты откровенности — «Пахомом». За что и получил от потомков прозвище «Царь-плотник» — пожалуй, самое точное из всех.
